К истокам

Я, конечно, знаю, что в тайге ты как дома, но всё же…

– Всё будет в порядке, не волнуйтесь, – с этими словами Алек закинул рюкзак на спину и вышел из домика. Денис из окна видел, как он стремительно шагает по тропинке.

Захар перехватил его взгляд:

– Так вы с ним друзья?

Денис замялся, но потом честно ответил:

– Не знаю. Вчера на меня напали какие-то парни, а он их разогнал. Разрешил заночевать у него дома. Потом привёз сюда. Но мы не очень хорошо знакомы, я с ним до этого говорил всего несколько раз.

– Вот и со мной так же. Я заметил, что кто-то по выходным берет мою лодку, она там, на озере. Я давно любопытствовал, кто бы это мог быть, видел его мотоцикл, подозревал, что какой-то молодой паренёк. Но что ему могло понадобиться в такой глухомани? Да и зачем переплывать озеро и уходить дальше в лес – вот этого я никак не мог взять в толк. Места там совсем дикие, не то, что на этой стороне, тут и дорога недалеко, и электричество, и вообще – цивилизация, – Захар улыбнулся, заметив недоумённый взгляд Дениса, – Да-да, для городских, конечно, это не самая пригодная среда обитания, а для меня – в самый раз.

Так вот, мы всего-то месяц назад познакомились, а он уже взял шефство надо мной. Причем так ненавязчиво, что я даже не заметил, как он стал обеспечивать меня всем необходимым. Возит продукты, лекарства, книги. Всего-то раза четыре приезжал, а кажется, что всегда был рядом, – старик умолк, помешал чай, – Он, конечно, странноватый, я никогда не видел людей, которые были бы настолько закрыты, но рад, что в городе у него есть те, кого он может назвать другом.

– Вряд ли он считает меня таковым, – Денис засомневался, – скорее, он просто хотел отвлечь меня от вчерашнего. Мне кажется, у него нет друзей, я никогда не видел его в компании.

– Я тоже спрашивал его о друзьях и родных, но он мало что рассказал. Понял только, что он всю жизнь провел вот так, в одиночестве, – Захар покачал головой, – не представляю, как это возможно. Хотя я и сам по этой части не очень, как ты мог заметить, тоже не жалую общество людей.

На старости лет я наконец обрёл свободу и решил посвятить остаток дней творчеству. А люди только отвлекают от работы, вот я и перебрался сюда, в глушь. Да и натура тут прекрасная, что ни день, то вдохновение, успевай только переносить на бумагу. А ты не против, если я набросаю твой портрет? Мне так проще понять человека.

Денис немало смутился и вначале отнекивался, но потом уступил – старик умел уговаривать.