Легенда

– Боялся, с тобой что-то стряслось, бежал несколько часов. Не люблю я это место, – он настороженно огляделся, – Слишком много крови тут пролилось. Говорят, души тех, кто погиб от руки врага, не находят покой, пока не отомстят ему. Или его семье.

– Я добыл лося! – он готовился к этому моменту, представлял, как удивится брат, как он будет горд и доволен, надеялся на похвалу, на худой конец, на одобрительный возглас, но вместо этого тот лишь сухо кивнул.

– Не стоило отпускать тебя одного, – брат устало потер глаза, – Ты пока слишком молод и неосторожен.

Он обиделся, но постарался не показывать виду. Пряча глаза, жестом пригласил брата в жилище. На правах хозяина налил ему воды, подал холодное мясо. Тот с жадностью набросился на угощение, ел быстро, отрезая небольшие кусочки, запивая брусничной водой. Волк остался снаружи – он знал, что старшему не нравится его присутствие.

– Как тебе это удалось? – брат, наконец, насытился, тщательно вытер лезвие небольшого ножа пучком травы, – Мы-то пусты, ничего не выследили.

– Волк помог. Я спустился к озеру, хотел подстрелить утку, но тут появился лось.

– Далеко ушел?

– Нет, полег почти рядом.

– Хорошо, – брат растянулся на шкурах, – Завтра, когда рассветет, займемся им. Как раз и наши подойдут, я ведь налегке прибежал. Старик увидел дым, встревожился. Думал, что-то произошло. Ты его знаешь. Сразу отправил меня сюда.

Младший усмехнулся.

– Не ожидал от тебя такой удали.

Да не дуйся ты! Теперь у людей появится надежда. Она поможет пережить трудные времена. Сегодня ты подарил жизнь своим соплеменникам, понимаешь? А это многого стоит, – старший закинул руки за голову и прищурившись, глядел на ярко пылающий огонь, – Отец будет доволен.

До их слуха донеслось короткое царапанье – волк нерешительно просился внутрь. Младший бросил быстрый взгляд на брата, тот кивнул:

– Впусти. Он это заслужил. Возможно, ты был прав, когда оставил в живых этого щенка.

Тогда ведь никто не мог предположить, что зверь сослужит нам такую службу.

Младший радостно вскочил и приоткрыл дверь, волк скользнул внутрь, свернулся перед очагом. Старший потрепал его по загривку, зверь удивленно поднял голову – никто из людей, кроме хозяина, не обращался с ним так ласково. Значит, что-то изменилось. Но ему было непривычно задумываться о причинах поведения других двуногих, и он принял это как должное.