На перепутье

Возвращаться решаю другим путем. Дорога уводит прочь от озера, ныряет в сосновый бор. Воздух прогревается, наст немного подтаял и стал мягче. В нескольких километрах от дома одна нога уходит в снег почти по колено, я падаю и влетаю в ближайший сугроб. Тут же вскакиваю, проверяю, нет ли ушибов – вроде все в порядке. Протираю лицо снегом, это придает сил. Как ни странно, падение перезагрузило уставшие ноги, и мне становится легче бежать. Воду я уже допил, и теперь на ходу ладонью подхватываю снег и отправляю его в рот небольшими порциями.

Сверху он покрыт тонкой корочкой льда, она неприятно хрустит на зубах, словно песок, и лишь потом тает. Делаю еще одну остановку, пытаюсь съесть кусочек хлебца, но во рту пересохло, и я выплевываю его. Приходится довольствоваться сухофруктами, в них много сахара, и они придают достаточно сил, чтобы добежать до дома.

Я с трудом забираюсь на свой берег, и медленно бегу по узкой тропке, петляющей среди сосен. То и дело оступаюсь и чуть не падаю, ноги проваливаются в глубокий снег.

Кажется, я устал больше, чем ожидал, и сейчас мечтаю только об одном – попить, немного поесть и растянуться на кровати.

Август говорит с кем-то по телефону. Он кидает в мою сторону обеспокоенный взгляд, но я чувствую, что в этот раз его тревога вызвана не моим длительным отсутствием. Быстро выпиваю стакан воды, переодеваюсь, возвращаюсь на кухню.

– Что случилось? – я заглядываю в холодильник, вытаскиваю тарелку с остатками вчерашнего ужина и ставлю в микроволновку.

– Лидия звонила, говорит, у Марка неприятности. Просила тебя как можно скорее заглянуть к ней.

– Они разве не должны ехать обратно? – успеваю нарезать хлеб и приготовить пару бутербродов.

– В том-то и дело – Марк со вчерашнего дня не объявлялся. Где он – никто не знает.

– Ты говорил с Денисом? – до меня начинает доходить, что ситуация действительно серьезная.

– Да. У них вчера был свободный день, большинство, как я понял, пошли по магазинам. Только вот Марка явно не интересовал шопинг, – Август дожидается, пока закипит вода, и наливает нам обоим чай, – Другие ребята не в курсе, куда он мог пойти.

Кирилл спохватился только вечером, когда младший не вернулся домой.

– Когда время было упущено, – я медленно выдыхаю, стараясь успокоиться, – Ладно, давай быстро поедим и сходим в дом на окраине.

Август согласно кивает. Я набираю Дениса, слушаю долгие гудки, и когда уже собираюсь нажать отбой, он отвечает. Его голос звучит виновато.