Мам, ты должна это видеть!

Мы были вместе два года, а потом она бросила меня ради какого-то актёра. Она любила театр, и мы часто ходили туда вместе. Я позволял ей ходить на спектакли с её подружками-театралками, сколько ей заблагорассудится.

Это привело к тому, что в один из вечеров она познакомилась за кулисами с Гордоном. Гордон играл какого-то русского в том спектакле. Эшли с девочками пошли за кулисы, и там моя личная жизнь потерпела поражение. Она начала видеться с ним, в тайне от меня и, конечно, одними свиданиями дело не ограничивалось.

А я в то время даже не подозревал, что на моих рогах можно было вить гнездо, до тех пор, пока Эшли не пришла с повинной.

Моё сердце было разбито, расколошмачено, раздербанено. У меня не было слов. Она собрала свои вещи и ушла. Я не слышал, что она говорила, когда уходила. Может быть, это было «прости», а может «пошел ты к чёрту», не знаю.

Сигареты я тушу в специальную пепельницу в машине, давно отучил себя мусорить на улице после визита в Германию.

Я не был плохим парнем. В том смысле, что я никогда не бил её, не было крупных ссор, и я не был тираном, запрещающим всякое.

Хотя, наверное, стоило. Не было бы тогда никакого Гордона с его дебильной бородкой сутенёра-сифилитика.

Закрываю дверь машины сильнее, чем следовало бы. Психую, как идиот.

– Извини, машинка, я не хотел…

И сейчас, какая ирония, она расстается с Гордоном. В голове так и вертится мысль о том, чтобы не пойти никуда, но не хочется подставлять ребят. Телефон вибрирует – Глория уже скинула список. И Фарран приедет… На часах уже почти три после полудня, надо идти.

На месте разберусь.

***

Стою с полной тележкой в алкогольном отделе. Что бы такого взять? Хочется напиться до чёртиков, но знаю, что идея плохая.

– А, к чёрту, – вырвалось у меня.

Хватаю с полок несколько бутылок виски, водки, вермута и для верности две пивных батареи. Пока я играю ими в тетрис и пытаюсь вместить так, чтобы всё не вывалилось, я вспоминаю кое-что.

– Фарран же не пьёт алкоголь!

На меня обернулась женщина, которая с видом профи-сомелье выбирала вино.

– Не могли бы Вы быть потише, мистер? Вы сбиваете меня с концентрации, -сказала она.

– Вы с таким важным видом выбираете вино, как будто понимаете, чем они отличаются, мисс…

– Карен Гудини, – она окинула меня взглядом.

На ней была черная кожаная куртка и зелёная водолазка с высоким воротом, черные волосы собраны в конский хвост, а во взгляде надменности больше, чем у Джаббы Хатта. И всё же она симпатичная.