Зов пустоты

В ее голове звучали слова, сказанные ей Богиней Дуба: Что ты будешь делать с тем, что тебе дано, – плохим и хорошим? Какой след ты планируешь после себя оставить?

Прошло немного времени, и Кас уже шагала по направлению к морю вместе с Лорентом и Нессой.

Небольшая группа солдат Садиры на всякий случай следовала чуть поодаль вслед за ними. Рея осталась в штабе и настояла на том, чтобы Зев остался с ней, чтобы восстановить силы. На этот раз он не стал спорить.

Воздух основательно прогрелся с тех пор, как они ступили на эту землю.

Небо нахмурилось, подул сильный ветер. В воздухе чувствовалось приближение грозы. На море разыгрался шторм, и огромные волны разбивались о берег.

В голове Кас, несмотря на сопротивление, поднялась не менее опасная волна воспоминаний о том, как они сражались на этой полоске земли. Некоторые камни и щепки, валявшиеся на берегу, были по-прежнему испачканы чем-то, похожим на кровь. После битвы этот берег был сплошь усеян телами и залит кровью… и даже часто налетающие штормы не смогли ее смыть.

Девушка попыталась сосредоточиться на тех проблемах, которые маячили перед ней сейчас.

Им не составило труда найти дом, который Варен выбрал для себя. Вдоль шаткой деревянной дорожки, ведущей к старому дому, выстроились десятки солдат. Из этого здания открывался чудесный вид на порт Косрита.

Как и храм, который превратился в штаб Сорин, этот дом когда-то выглядел весьма солидно – в те времена, когда этот порт был самым оживленным во всей Кетранской империи, а докмейстер должен был следить за обменом грузами и товарами между Кетрой и Сандолией.

Но много десятилетий назад торговля с Южной империей остановилась в результате запретов, введенных правителями Кетры из-за их вражды с отмеченными. Все товары, ввозимые из Сандолии, отныне считались опасными и пропитанными магическим воздухом Южной империи, а потому подлежали досмотру.

Когда королевство Садира стало центром восстания, где к магии по-прежнему относились с уважением, а не страхом, торговля вновь начала налаживаться.

Но порт было далеко не таким оживленным, как когда-то, многие строения обветшали и стояли заколоченными. От пирса, простиравшегося справа от них, остались лишь редкие, высохшие на солнце доски, напоминавшие торчащий скелет давно умершего зверя.

Через мгновение Кас увидела брата, стоявшего возле дома докмейстера и смотрящего на неспокойное море. Когда она приблизилась, он невозмутимо воззрился на нее. Их взгляды встретились, и он улыбнулся.