Остров предательства

– Может, это та женщина, которой все воздают хвалу, – заметила Элли, наклоняясь и восхищённо рассматривая резьбу.

– Вы неправильно делаете!

Малышка втиснулась между Элли и Сифом и встала на колени перед статуей.

– Благодарим тебя, Божественная Королева, что приносишь нам рыбу и цветы и хранишь наш остров. А ещё, пожалуйста, принеси мне новенького щеночка и почини бабушкино бедро.

Девочка презрительно покосилась на них, травинка по-прежнему торчала у неё изо рта.

– Кто… – начала было Элли, но Сиф утянул её в сторону, закрыв ей рот рукой.

– Нам не стоит задавать очевидных вопросов, – зашептал он. – Если люди поймут, что мы нездешние, они могут посчитать нас опасными.

Элли наморщила нос.

– Она совсем кроха. И вообще, тот мужчина поинтересовался, не с острова ли мы Ингарфа. И его это ничуть не смутило, а?

– Шептаться невежливо, – заметила девочка. – Особенно перед Королевой.

– Извини, – сказала Элли. – Э, воздадим Ей хвалу, – прибавила она.

Личико девочки так и загорелось.

– Воздадим Ей хвалу, – поддержала она и наклонилась, чтобы выдернуть из песка пучок травы.

Элли и Сиф пошли вдоль берега, оглядываясь через плечо на девочку, которая опять встала перед статуей на колени.

– Так она королева? – сказал Сиф.

Элли кивнула.

– Но эта девочка молилась ей. У нас в Городе люди молились святым, но… а ты слышал, что сказал тот старик?

– «Воздадим Ей хвалу», – бросил Сиф, пожимая плечами.

– До этого.

Сиф скривился.

Элли огляделась, чтобы убедиться, что никто не слышит.

– А что, если Королева и есть Божество, как ты? – спросила она, мурашки возбуждения побежали у неё по затылку.

– И откуда нам знать, хорошо ли это? – поинтересовался Сиф, с мрачным видом рассматривая статую. Девчушка собирала маргаритки, вплетая их в новый венок, который она затем водрузила на голову статуи взамен старого.

Элли знала двух богов.

– Которая же ты? – прошептала она.

Дневник Лейлы

4753 дня на борту «Возрождения»

Мне хочется плакать, но нельзя, сначала я должна записать всё это. Такое чувство, что это важно.

Голубоглазый был сам не свой этим утром. Тюлень проплыл у самой его пасти, а он даже не куснул, вот я и подумала, поглядим, что может сделать старая знахарка.