Дети прилива

Шум сделался оглушительным, а громыхающий поток искр стал таким ярким, что казался колонной слепящего света, словно бы в центре толпы зародилась звезда.

Сквозь весь этот свет Элли уже не могла разглядеть клетку Сифа. Каким-то образом Финн умудрился подложить фейерверки внутрь костра. Молодой парень ринулся мимо Анны, спеша сделать ноги, и Элли пришлось соскользнуть с её плеч, пока обе они не упали.

Без малейшего предупреждения свет разом исчез, оставив густую завесу дыма, накатившуюся на толпу и заполнившую площадь кашлем и испуганными криками.

– Охраняйте клетку! – взревел Харграт где-то неподалёку. Глаза у Элли слезились, и она пыталась разогнать дым вокруг себя.

«Пожалуйста, пожалуйста, пусть его там не будет».

– Поберегись! – закричал кто-то.

Фейерверки подожгли брёвна, и пламя уже поднималось и разгоралось. Харграт вскочил на костёр сбоку и полез вверх. Элли стиснула зубы. Харграт подтянулся и поднялся на вершину как раз тот момент, когда развеялись последние клубы дыма.

Клетка стояла с распахнутой дверью.

Она была пуста.

Элли благодарно осела возле Анны. На неё вдруг накатило изнеможение, словно все силы разом вытекли из неё.

– Он сбежал! – заорал голос.

– НЕТ! – возопил другой.

Женщина рядом с Анной подхватила на руки своего ревущего ребёнка и взмолилась к стоявшим позади неё морякам, чтобы те пропустили её. С возгласами и воплями охваченная паникой толпа хлынула, как стадо перепуганных овец.

Анна прижалась к Элли, напуганная неожиданной переменой в настроении толпы.

– Всё в порядке, – сказала она, собравшись с силами, чтобы начать шагать. – С нами всё будет хорошо. Давай пойдём отсюда.

Вокруг со всех сторон плакали дети, зовя своих родителей. Какой-то старик споткнулся и исчез под напором тел. Три бледных инквизитора пробежали мимо, даже не попытавшись помочь. Элли подтолкнула Анну прочь с площади в какой-то проулок, такой узкий, что обе руки задевали о стены по сторонам. Они протиснулись мимо проповедника, бессмысленно, словно лунатик, уставившегося на костёр.

– Враг! – вскричал он. – ВРАГ ХОДИТ СРЕДИ НАС!

Из дневника Клода Хестермейера

В Городе этой ночью великое столпотворение. До меня доносятся взрывы фейерверков и крики. Над крышами поднимается дым. Я заперся у себя в кабинете в надежде на тишину и покой – я чувствую, что обязан записать мой опыт как Сосуда.