Пески Веков

Как бы далеко ни уносились герои фантастических путешествий, читатель при этом неизменно думает о нашем времени, в нем пробуждается чувство протеста против уродств капиталистического строя, стремление к борьбе за светлое грядущее, достойное человечества.

Р. Нудельман

П. ШУЙЛЕР-МИЛЛЕР

ПЕСКИ ВЕКОВ

I

На уступ упала длинная тень. Я положил кривой нож, которым скоблил мягкий песчаник, и, сощурившись, посмотрел вверх, в сияние вечернего солнца. На краю ямы, свесив ноги, сидел человек. Он помахал рукой.

– Привет!

Наклонившись вперед, он приготовился спрыгнуть, но мой крик остановил его:

– Осторожней! Вы их раздробите!

Он разглядывал меня, соображая что к чему. На нем не было шляпы, и позолоченные солнцем белокурые кудрявые волосы светились как нимб.

– Ведь это же окаменелости, разве не так? – удивился он. – Сколько я ни видел ископаемых остатков, все они были окаменелыми, а значит твердыми. Так как же я могу их раздробить? Что вы такое говорите?

– То, что сказал.

Это мягкий песчаник и кости в нем очень хрупкие. К тому же они очень старые. В наши дни динозавров уже не выкапывают киркой и лопатой.

– Угу, – он задумчиво потер нос. – Сколько им лет, как вы полагаете?

Я устало поднялся на ноги и начал стряхивать с бриджей песок, понимая, что мне не отделаться от расспросов. Кем он был – репортером или одним из двадцати с лишним фермеров, живших по соседству? От этого зависело, что ему ответить.

– Спускайтесь сюда. Тут нам будет удобнее говорить, – позвал я его.

 – Здесь рядом, в сотне метров есть спуск.

– Мне и тут удобно, – он откинулся назад, опершись на локти. – Что это за зверь? Как он выглядел?

Я почувствовал, что окончательно проиграл. Прислонившись к стене ямы, чтобы укрыться от солнца, я начал набивать трубку. Когда из вежливости я протянул ему пачку табаку, он покачал головой.

– Спасибо, у меня есть сигареты, – и он закурил. – Вы ведь профессор Белден, не так ли? Е. Дж. Белден. Е. означает Ефрат или что-то в этом духе.

Впрочем, это ни в малейшей степени не мешает вашим раскопкам. – Он выпустил облачко дыма. – А чем вы орудуете?

Я протянул ему нож.

– Это специальный нож для того, чтобы зачищать вот такие кости. Образец, созданный у нас в музее. Когда мне было столько же лет, сколько вам сейчас, мы пользовались ножами, которыми мясники разделывают туши, костылями из шпал – всем, что попадалось под руку.

Он кивнул.

– Я знаю. Здесь копал еще мой отец. Одно из его увлечений.