Исчезновение в театре

Оно, конечно, будет тебе велико, но тут, на корсаже, есть шнуровка и мы ее утянем. Так что будет – по тебе! Переодевайся.

Саша зашла за передвижную ширму, сняла свой тинейджерский прикид – джинсы и свитшот, сунула их в рюкзак, и облачилась в тяжелое атласное платье с драпированной юбкой. Поверх прически девушка водрузила изящную королевскую диадему. Она когда-то читала, что одежда должна соответствовать статусу. И сейчас прочувствовала это очень доходчиво, бросив взгляд в зеркало.

Платье было поистине королевским.

Едва надев его, Саша почувствовала, как сразу изменилась ее осанка и походка. Плечи распрямились, и даже ростом она стала, вроде как, повыше.

– Сюда нужна и другая обувь, – заметила Оля, – Слипоны, ну никак, не вяжутся с таким платьем.

– У меня есть туфли! – обрадовалась юная актриса и достала из своего рюкзачка шикарные бархатные черные туфли, купленные накануне.

С обувью у Саши всегда была просто полная катастрофа. Она проскакивала мимо размеров и летом получалось, что из бывшего размера она уже выросла, а следующий ей еще велик.

Вот и сейчас ей был нужен тридцать пятый с половиной. Но такого не было. А тридцать шестой был великоват. Но туфли, которые они вчера увидели в магазине, настолько очаровали их, что мама решительно сказала ей:

– Берем!

Утром Александра воспользовалась народным методом уменьшения размера – напихала в носки ваты, и взяла, на всякий случай, с собой. Вот, этот случай и настал!

Александра облачилась в предполагаемый наряд королевы и залюбовалась отражением в зеркале.

Блестящее серо-синее платье делало ее темно-серые глаза более выразительными. Небольшое декольте, в меру уместное на юной груди, в сочетании с высоким воротником, подчеркивало королевскую осанку. Костюмер подала ей элегантные длинные перчатки. Девушка завязала банты на туфлях. Образ персонажа теперь был совершенный.

Оля утянула шнуровку на талии и тоже оценивающе прищурилась. Образ королевы получился бы очень убедительным, если бы … не возраст.

Королева должна быть все-таки постарше.

– А какой грим она сказала сделать?

– Ничего не говорила. Обычный, наверное.

– Тогда сегодня я тебя старить не буду. Ты просто представляй себя матерью взрослой дочери.

– Постараюсь, – с благодарностью кивнула ей Саша и поспешила на сцену.

Она принимала участие в спектакле, начиная с первой картины.

По замыслу постановщика, у нее не так-то и много было слов. Но предполагалась игра жестов, походки, мимики.