Марионетка и Ключник

Обросший и не мытый человек в лохмотьях косился на всех из-под густых бровей, одаривал грозным взглядом и мерзко скалился жёлтыми зубами.

Повисла гробовая тишина. И лишь звон цепей и кандалов разрезал всеобщее молчание.

– Гретхер из Фюргата! – произнёс Грим, привлекая внимание верзилы.

– Убийца… Душегуб… – послышалось в толпе.

Рассвирепевшие люди стали бросать в него всем подряд. От еды до камней, однако, это только забавляло верзилу. Грим попытался привести всех к спокойствию. Безрезультатно! И только рев Гретхера заставил их умолкнуть снова и задрожать.

Он с отвращением стёр кровь с лица от одного из пущенных булыжников, дернулся и попытался вырваться. Казалось, вот-вот не выдержат оковы и начнётся кровавая жатва. Шесть крепких воинов едва удержали убийцу.

Хельги смотрел на него заворожённым взглядом. Он даже представить не мог, на что способен этот человек, и какой ворох грехов за ним катится. А вот дочь Сидвид даже не заострила на нем внимания.

– В чём меня обвиняют? – прохрипел Гретхер.

– В убийстве трех мужчин, двух женщин, пяти детей, а так же зверство над птицей и скотом, – спокойно ответил Грим. – Пожалуй, ты понимаешь, что сейчас будет.

– Они оказались не приветливыми хозяевами, – в защиту произнёс Гретхер. – А потом ещё и напали. Я защищался!

– Тогда как объяснить гибель детей и скота? – поинтересовался Грим.

Пожалуй, он единственный оставался спокойным и сдержанным. За долгую жизнь законоговорителя старик стал свидетелем бесчисленного количества историй и случаев.

Одна краше и безумнее другой, а главное, они никогда не повторялись.

– Семья жила небогато, а я засветил кошель, полный серебра. Хотел отблагодарить людей за еду и кров, однако меня застигли врасплох, набросились со всех сторон. Я разгорячился, стал метаться и кусаться. Делал все возможное, чтобы выжить, – жалобно рассказывал Гретхер. – Зима властвовала который месяц. Скот и птицу завели в длинный дом. Там оказалось очень тесно. Мы, сражаясь, разворошили очаг и обвалили крышу.

Это был несчастный случай.

– Тогда почему ты не сообщил о трагедии людям? – спросил Грим. – Наши законы говорят чётко: человек, совершивший убийство, должен рассказать о содеянном не дальше чем у третьего дома. И тогда может преследоваться по закону.

– Я никого не убивал, старик! – взревел Гретхер. – Они погибли под собственной крышей в огне. Такова плата за алчность. Боги покарали их.

– Однако ты не сгинул вместе с ними, – усомнился в словах убийцы Грим.