Марионетка и Ключник

Эффект был схож и выжатый владыка алчности упал на задницу. Однако в отличие от остальных быстро оправился и переменился.

– Какое до жути знакомое чувство, – еле слышно произнёс аспект и в думах удалился.

– Будь так великодушен, ткни и меня, – лениво попросил Нухрен.

Он встал на самом краю своего разлома. Точнее, Аспект стоял там всё время. Дизглар лишь выдохнул от безвыходности и выполнил пожелание. Лентяй подёргался и рухнул прямиком в свою обитель, которая тут же закрылась. Минимум действий, каждый шаг просчитан.

Сфера была почти полная. Разноцветные крайности носились в ней и вечно ссорились.

– Сколько силы в одних руках, ты счастливчик, Дизглар, – похвалил лорда Затар и сам потянул руки к свету из аспектов. – Дивная прелесть, жаль… не моя.

Ему было больно, но он наслаждался каждым мгновением рядом с мощью целого пантеона. И даже в самом конце не расстроился, как будто это того стоило. А Халфас – любитель поесть, всё это время стоял поодаль и дрожал. Эйфория набирала вес с каждой крайностью, попавшей в артефакт.

Когда Дизглар подходил, перемен уже было не скрыть. Рот Аспекта стал шириться, и едва заметная улыбка уползла дальше и скрылась за ушами. Громадная пасть раскрылась и попыталась сожрать сферу вместе с Стражем гроба, но он предугадал порыв монстра. Дизглар отскочил в сторону и, оказавшись за спиной аспекта, завершил дело. Последняя крайность оказалась внутри артефакта, и битва прекратилась. Свечение приняло однородную багровую сущность и потускнело.

– Прости, если можешь, – бодро и с толикой иронии сказал Халфас.

 – Ты ведь знаешь, я не со зла.

Аспект Чревоугодия сбросил разом больше половины веса и бодрым шагом проследовал домой.

– Еретик, как там план, всё ещё расползается? – поинтересовался довольный Дизглар.

– Я доволен как никогда! – потирая руки, сказал демон. – Ох, что сейчас начнётся.

Глава 7. Колокольня Греха

На следующий день они прибыли на стройку. Еретик был прав – отступать некуда. Работы почти завершились. Отделка шла полным ходом, осталось только создать сам механизм.

Так сказать, скроить сердце к столь дивному телу. Они втроём любовались центральным входом, рабочие постарались на славу. Блестящий чёрный мрамор искажал окружающий мир к лучшему. Особенно чудно в нём виделось багровое небо.

– Ваш свиток, господин! – Дизглар был удивлен.

– Надеюсь, ты не против? – поинтересовался Еретик. – Теперь мы тут надолго, и я решил перевезти часть вещей. И о твоём сокровище не забыл.