Вселенная Алмазных

Лина встрепенулась и повернулась ко мне:

– Что это за язык? Всё на одном языке, но я не могу понять. Ещё вчера я пыталась прочесть вывески на улице, но мне не удалось. Все рядом лежащие миры используют единый язык и единую письменность. И тебя я понимаю, но не могу прочесть те слова, что здесь повсюду. Это же странно!

Страннее то, что говорила Лина. Я её не понимала.

– Не знаю, почему всё так, но наверняка этому есть логическое объяснение, – предположила я.

Я пригласила Лину на кухню. Она вздохнула и, положив книгу на место, пошла за мной.

Позавтракав, пошли одеваться. Лина во вчерашнее, а я достала длинную серо-голубую юбку, белую майку и кожанку. Оценила себя в зеркале. Вроде сойдёт. Или нет. А хотя кого я там любила. Всё Лина. из-за неё я вдруг начала обращать внимание на внешний вид. Ну точно.

Заглянула в кошелёк. Ха, ничего, на хорошее вечернее платье хватит, и на пожить месяц не впроголодь. Кристина бы у виска пальцем покрутила, узнай она на что я собираюсь тратить деньги. Хотя кто она мне теперь? Никто, правильно.

А я что хочу, то и буду делать.

Мы вышли из квартиры и отправились прямиком в торговый центр. Платье выбирали долго. Очень долго. В итоге нашли хорошее. Я конечно повздыхала рядом с теми, которые приглянулись именно мне. Но куда они мне? Даже не представляю, предстоит ли мне ещё надевать что-то такое. Так, всё, не будем о грустном.

Лине выбрали платье а-силуэта, персикового цвета, делая её образ нежнее. Село замечательно. Моё платье сложили в пакет, с которым я таскалась дальше.

Затем пошли подбирать подходящую обувь.

Закрутилось, завертелось, и купилась золотистая шаль, балетки и очень нежная заколка, которой собрали несколько прядей на густой рыжей шевелюре Лины, делая её образ ещё более милым. И я осталась очень довольна своей работой. Словно дочь на бал снарядила… Так, стоп. Какие мысли в мои-то годы?

Итак, вышла у нас золотая принцесса. И да, с деньгами я немного не рассчитала. Да и чёрт с ними, вместо месяца осталось две недели хорошей жизни… Взамен мне грело душу смущение и удовольствие Лины.

Мне правда нравилось чувствовать себя старшей сестрой или мамой. Случайные мысли о материнстве побудили глухой рык в груди, полный грусти, надежды, и стремления. Я оцепенела. Это уже меньше было похоже на естественные процессы. В груди ёкнуло. Так что же это такое?

– Женя, что-то не так? – Лина смотрела растерянно. Вероятно терзает себя мыслями о том, что меня тревожит. Это меня неожиданно смутило.