Цветы на мостовой. Роман

Джереми недоумевал: кто настроил против него Мэри? Скорее всего, это интриги проклятого Морстена, а тот может насочинять не хуже тетушки Томсон.

И лишь дома все разъяснилось…

Глава 31

– Он сказал, что его зовут Морстен, – заявила Мэри по прибытии домой.

Миссис Томсон побежала на кухню, а супруги выясняли отношения в гостиной. Мэри уже не плакала, но взгляд ее сухих глаз стал напряженным и недоверчивым. Барнет, как каждый мужчина, терпеть не мог женских слез, но сейчас предпочел бы выслушивать всхлипывания и рыдания, чем оправдываться неизвестно в чем.

– И что тебе наговорил этот подлец?

– Он сказал, что ты бандит, Джереми, а я – жена бандита. Получается, наш ребенок – бандитское отродье? Он сказал, что тебе подчиняются бандиты и воры со всего Кэмдена. Это правда, Джереми?

Мэри с надеждой посмотрела на него, и у Барнета появился шанс солгать ей, успокоить, сказать, что Морстен – его злейший враг и его словам нет веры.

Возможно, именно такого ответа ждала бедняжка, но неожиданно для самого себя он признался:

– Это… правда.

И опустил голову. Мэри продолжала вглядываться в лицо мужа и шепнула еле слышно:

– Почему ты так обошелся со мной, Джереми? Если бы я только знала заранее…

– Ты не связала бы свою судьбу со мной. Что ж, это предсказуемо, но… честно.

– Джереми, как ты можешь… Я любила тебя, думая, что ты честный человек.

Ты мне казался добрым, необыкновенным. Ты был добр ко мне, тетушка восхищалась тобой, а Майкл? Не каждый может взять себе сироту. А ты взял! Наш милый мальчик пропал бы на улице, если бы не ты. И что же? Выходит, твои поступки неискренни и ты притворялся все это время?

– Но почему неискренни? Что ты придумываешь? – Он попытался ее обнять, но Мэри отстранилась:

– Нет, Джереми, Морстен рассказал мне, как ты и твои так называемые клерки грабили и шантажировали, – это так противно…

– Мэри, но ты же никогда не спрашивала меня, откуда в доме деньги.

Что изменилось сейчас? Ты поверила Морстену?

– Поверила. И в связи с этим заявляю, что я ухожу от тебя, Джереми. Я не могу оставаться под одной крышей с бандитом. И не позволю называть нашего ребенка бандитским отродьем.

Барнет пристально посмотрел на жену: она выглядела серьезной как никогда.