Путаны нелёгкого поведения

Понял или нет? Ты чего сюда притащился, из-за параметров или из-за секса? А секс я выдаю качественный, сейчас ты в этом убедишься.

Вика повертела перед носом Леонида латексовым презервативом и стала расстёгивать ремень на его брюках. Леонид резко отпрянул от неё и отчётливо пробормотал:

– Спасибо, Вика, но я передумал. Давайте в следующий раз.

Лицо Вики мгновенно покрылось багровыми пятнами. Она быстро накинула халат на своё голое тело и злобно прошипела:

– В следующий раз, парниша, ты будешь валяться на мусорной свалке, которая находится за этим домом.

А сейчас, если хочешь сохранить свою интеллигентскую жизнь, то плати деньги и убирайся, пока сюда не ворвался мой сутенёр.

Леонид поспешно положил деньги на тумбочку и ретировался восвояси не солоно хлебавши.

Первый блин оказался комом, но ведь блины пекутся не в единственном числе. Как правило, второй получается лучше первого. Странно только, что испечь его помогла всё та же толстая Вика. Так уж случилось, что он столкнулся с ней на тель-авивской набережной.

На этот раз Вика выглядела более импозантно, чем в своём замусоренном притоне. Видимо, непыльная работа там позволяла всё-таки пристойно жить. Порукой тому дорогая белая с розовыми полосами блузка, подчёркнуто небрежно затянутая в голубые фирменные джинсы, спадающие на её сиреневые кроссовки модной фирмы «New Balance». Кто мог подумать, что эта по внешнему виду успешная женщина, похожая на менеджера какой-то торговой фирмы, на самом деле работает в сфере продажной любви. Вика, тут же узнав своего незадачливого клиента, схватила его за руку и буквально затянула на террасу приморского кафе, возле которого они находились.

– Не волнуйся ты уж так, интеллигент, – пророкотала она, когда официант провёл их к столику, – кофе за мой счёт. Думаешь, если я проститутка, то во мне уже и капли совести нет. Я, всё же, чувствую себя виноватой за секс, который ты оплатил, но по собственной глупости не получил.

Леонид напряжённо всматривался в ярко-зелёную волну, ласкающую песок совсем рядом, и, не без удовольствия прихлёбывая своё эспрессо, думал:

– Чёрт знает что происходит! Надо же до такого докатиться: сижу в кафе с настоящей проституткой.

Что у меня может быть общего с ней?

Где-то в глубинах своего подсознания он всё-таки понимал, что именно их объединяет: ключевым термином здесь являлось слово «секс», что в переводе как с английского, так и с французского обозначало «пол», разумеется, не паркетный и не линолеумный.