Золото лепреконов

Точнее, вытянулся Вонючка, а Вицли просто встал ровнее, выказывая тем самым некоторое уважение.

– Зачем ты вернулся, ведь я тебя предупреждала?

– Мать, так уж вышло.

– У тебя всегда «так уж вышло»! – Разозлилась Ле Улиншпиль фон Шмель. – Зачем ты бил бедного Вонючку? Он же тебе сказал, что не виноват, а это правда. Даже, когда мы вас загребли, он ничего не хотел говорить. И это я настояла на том, чтобы он вот сейчас сопровождал меня сюда. Ты всегда сначала делаешь, а потом думаешь, а иногда ты и не думаешь, и не делаешь! Вот, в чем твоя проблема.

Много горя принес ты всем лепреконам, а нашей линии, так особенно. А теперь… теперь ты во власти Бабули. Как я, собственно, и предсказывала.

Разгневанная, она развернулась и выбежала из пещеры. И, похоже, что один только Миха успел заметить слезы на ее глазах. Вицли Шмель не смотрел на мать. Сначала ему было просто стыдно, а потом она повернулась, и он так и не увидел ее лица. Вицли плюнул Вонючке под ноги и полез обратно на стол.

Вонючка собрал своих солдат и, шатаясь, компания вывалилась из пещеры.

– Опять, Вицли, все у нас наперекосяк, – заметил Миха.

– Ничего, скоро придет Бабуля. Ненавижу ее…

– Бабулю?

– Свою мать!

– За что?

– За все!

– А я свою даже и не помню, – вздохнул башмачник.

Они сидели, понуро уставившись куда-то в одну точку. Хотелось есть, хотелось выпить, но, похоже, что никто не озаботился кормежкой пленников.

– Было бы неплохо чего-нибудь поесть, – не выдержал Зава.

– И выпить, – согласился Вицли Шмель.

– Ты уверен, что мы не можем отсюда выбраться, ведь нас не закрыли и кандалов, вроде как не надевают?

– Не знаю. Может и можем.

– Бабуля, кстати, намекала на то, что ты мне не все рассказал.

– Давай попробуем просто уйти отсюда! – лепрекон ловко спрыгнул со стола и бодро засеменил к выходу.

Никаких магических препятствий у двери не оказалось. Охраны тоже не было.

По широкому коридору деловито сновали лепреконы. Михе приходилось идти согнувшись, но, в целом, даже для него здесь было вполне просторно. На Вицли и Заву никто не обращал внимания. Друзья все дальше удалялись от места своего заключения, но их никто не останавливал.

– Погоди, Вицли. Куда мы идем-то?

– Не знаю, мне все равно.

– Неужели у тебя тут выпить негде?

– В моей норе можно, но там, наверное, уже живет кто-то другой.