Записки об экзорцисте

Что ж, пока что я вас отпустить не смогу, в камере проведете выходные, дадим телеграмму в Петербург, да сегодня пятница, уже восемь часов, будет известно лишь в понедельник, так что посидите у нас, уважаемый щелкопер. Кормят у нас сносно – кашами, не загнетесь. Как обратную телеграмму получим – мы вас отпустим, сразу же. Идите в камеру. Проводить!

У Антона все упало, завтра, в субботу тоннель закроется, и он останется в этом времени навсегда, а в понедельник его обман раскроется и его посадят в тюрьму или будут пытать до смерти как шпиона.

Бравый жандарм, не опуская винтовки провел Антона в камеру, сокрытую с одной стороны решеткой из которой виднелся коридор, и оставил там в одиночестве. Из небольшого окошка под потолком, проникал, ложась на земляной пол желтоватым пятном, свет полноликой луны. Антон сел на деревянные нары и склонил в отчаянии голову.

Что это? Жажда быстрой наживы и двойной тариф привели его в это место или желание понравиться симпатичной девушке? Определенно и то, и другое.

Закинул ноги на нары и сложил руки под головой, закрыл глаза. Но сон не находил – слишком тревожно было на душе. В середине ночи привели еще одного заключенного. Изрядно пьяного, шатающегося нарушителя порядка. Антон открыл глаза и узнал в новеньком пьяницу, за которого он заступился на улице несколько часов назад. Вот так встреча!

– Архип, – протянул пухлую ладонь мужичок, криво улыбаясь желтыми зубами.

– Антон, – тихо сказал Козловский и пожал новому знакомому руку.

– Ты это, дякую тебе, шо заступився за мене тода, Иван крепко бить может, в прошлу пятницу отлупил меня так шо хребет болит до сих пор. Дуболом он, а не трактирщик и кошта у нэго ого-го. А пиво сущая ссанина хуже, чем брага у бабки Верки. Брага краше, одной чарки хватит шоб похорошело в глазах, а трех шоб в сопли.

– Понятно, – обреченно ответил Антон.

– А ты чаво у нашом городе позабыл? Шукаешь чаво? Я тэбе не знаю, а у городе усих знаю и все меня знают, я конюх у Аракчеева.

– Да? – оживился Антон и встал с нар, сел поудобней и посмотрел внимательно на Архипа, – ты конюх у купца Аракчеева?

– Богом клянусь, всех кобыл его содержу, но як пятница так треба мэнэ нажраться, не можу без пива та браги, як жинка померла, так кажну пьятницу за воротник мэнэ треба, таке життя.