Записки об экзорцисте

– Нахрена?

– Поговорить хотел, слышал он многое может.

– Что может?

– Ну видит всякое, типа шаман.

– Шаман? – мужик рассмеялся сиплым голосом.

– Ну такое да.

– Это здоровски, конечно.

– Я Тарануха. Шаман. Только такие как я себя знающими зовут. Что тебе от меня надо?

– Я хотел получить консультацию по поводу вселения иного в девочку. Здесь у вас, в Крестовке.

– В девочку? Консультация?

– Ну да, пообщаться хотел. Мы с вами одним ремеслом занимаемся, перенять опыт хотел.

– С виду ты вроде не охотник, ружья нет?

– Нет.

– Ну идем ко мне в дом. Я с охотниками дел не веду. Идем.

Домом это было сложно назвать. Деревянная хижина с одним маленьким окошком и плоской крышей, правда имелась кое-какая мебель в виде койки, стола и табуретки. В углу горела прокопченная буржуйка, наполняя уютным запахом горящих поленьев воздух лачуги. Тарануха чиркнул спичкой и зажег толстую свечу на грязном столе. В свете огня его лицо приобрело добродушные черты. Антон заметил огромную паутину в верхнем углу жилища.

– Садись на стулку, Антон.

Антон присел, наблюдая за резкими движениями хозяина, тот доставал из-под кровати какие-то мешки и завязанные узлы, попутно задавая вопросы:

– Имя сказал уже бес?

– Имя? Да, Шамиль Орсиев.

– Не местный значит. Шамиль, хм. Это из тех что ли, которые горные?

– Да-да, пять лет назад его федералы грохнули.

– Живучий какой. Ест хорошо?

– Барана жрет, сырого причем.

– Крови хочет. Где этот узел проклятый? Никак не найду.

– Запах мужского пота, как будто в раздевалку боксерской секции зашел.

– Обживается он, обживается.

– Плохо это?

– Конечно плохо, девочка приходит хоть в сознание свое?

– При мне нет, мяса сырого наелась и уснула. Мать – в обморок.

– Да, беда. А этих Богатовых я вспомнил. Витька пацаненком уток пас, я еще в Крестовке жил, помню его. Что они сами ко мне не обратились. Ты-то наверно и денег с них возьмешь?

– Ну.

– А вот оно, нашел, нашел. В самом углу был. Воняет падла как твой бес.

Тарануха сел на койку и принялся развязывать узел из мешковины. Развязал, слегка надорвав край, громко чихнул и вытащил из большого мешка маленький тряпичный узелок из белой материи. Положил его на стол и с серьезным видом произнес:

– Вот Антон, в науке знающих это нужное растение, перетертое в порошок, самое важное средство, чтоб беса шугануть.