Венганза. Высшая мера

Проследишь, чтобы всё было спокойно, а потом отвезешь их домой. Усек?

– Яснее некуда, – усмехнулся помощник и двинулся на танц–пол.

Я крепче сжал ладонь Чики и потащил её к выходу.

Она переплела пальцы с моими, следуя за мной. Дрожь её тела передавалась мне. На секунду остановилась, замявшись на месте, высвобождая свою ладонь из моей. Я посмотрел на причину заминки. Она виновато улыбнулась и сбросила туфли.

– Жмут. Новые, – снова взяла меня за руку и пошла следом. Мы остановились возле байка. Увидев мой транспорт, она замялась, опасливо поглядывая на моего блестящего, мощного, железного зверя.

Чика обхватила себя руками. Посмотрел на её пальцы и обнаженные ноги, которые покрылись мурашками. Открыл багажник и достал кожаную куртку.

– Надень, а то совсем замерзнешь.

Марина не спеша надела куртку. А я смотрел, как эластичная материя платья натянулась на упругой груди, на ее шею, ключицы, и в горле резко пересохло. Когда–то, как и все темнокожие мальчишки из трущоб, я грезил о молочной коже, о белой груди с розовыми сосками, о длинных светлых прядях волос, раскиданных на подушке.

Белую бабу хотели все. Богатую, холеную, недоступную для латиноса белую бабу. Я тоже хотел… потом прошло время, и я мог получить любую из них. Только сейчас у меня было чувство, что всё, что я получал ранее – второсортное. Вот он – первый сорт. Передо мой… и я его непременно получу. Очень скоро. Я сел на мотоцикл, ожидая, когда она присоединится ко мне.

– Садись! Или предпочитаешь пешком?– усмехнулся, глядя на то, как она переминается с ноги на ногу.

Марина все же влезла на байк сзади и обняла меня за торс. Мы сорвались с места, Чика прижалась сильнее, впиваясь в мою футболку.

Я не мог сосредоточиться на дороге. Меня сводило с ума то, как девчонка прижималась грудью к моей спине, обхватывала длинными ногами мои бедра, её дыхание, щекочущее шею. Твою мать, я сейчас тормозну где–нибудь на обочине, разверну лицом к себе, раздвину эти стройные ноги, сорву с неё трусики и трахну! Бл*дь, тогда я для неё буду таким же, как те козлы, которые пытались утащить её из клуба.

А у меня другая игра и иная цель. Я успею ее трахнуть. Потом. Чуть позже она будет сама умолять меня об этом.

Глава

4

Асадов сунул папку в ящик стола и потер переносицу, положил очки на столешницу. Слишком чистенькое предложение. Мягко стелил этот пацан – все идеально, не подкопаться, а Асадов привык, что подкопаться можно всегда и ничего идеального не бывает.