Патриция. Сердце не камень

Никогда раньше с ней ничего подобного не случалось. Она решила, что это произошло из-за насилия и той боли, которая ее сопровождала. Она уговаривала себя слишком не переживать по этому поводу. Наверняка, потом всё восстановится. Но спустя еще месяц кровь так и не появилась. А потом Патриция стала чувствовать себя хуже. Теперь ее мучили тошнота и головокружение.

Внутренне она уже стала прощаться с жизнью и родителями. Наверняка, она серьезно больна и совсем скоро умрет. Но может это и к лучшему. В могиле она сможет лежать спокойно и ничто больше не будет тревожить ее и пугать.

Патриция изо всех сил старалась скрывать от близких свое состояние. Пусть они пока живут в неведении и ни о чем не беспокоятся до самого ее последнего дня.

Сколько бы Патриция не готовилась к смерти, но проходили недели, а ей не становилось ни лучше, ни хуже. А потом она стала замечать изменения в фигуре. С каждым новым днём живот становился всё больше и больше. Понемногу, помаленьку, но больше. Пока ещё окружающие не замечали небольшую выпуклость, но вот она прекрасно ее видела.

В один прекрасный день Патриция посмотрела правде в глаза и честно призналась себе, что больна она отнюдь не опасной болезнью. Но лучше бы ее сразил недуг, чем внутри нее развивалась новая жизнь.

От одной мысли, что ей предстоит выносить и родить ребенка от кого-то из насильников, хотелось умереть. Сколько ещё она сможет скрывать свою беременность? А как потом объяснит, кто отец ребенка? И даже если она выдумает несуществующего любовника, ей придется до конца жизни носить клеймо шлюхи.

Никогда больше ее не примут в высшем свете. Все будут избегать не только ее, но и всю их семью. Они станут презираемыми для общества. Изгоями.

Патриция смотрела на свой живот и всем сердцем ненавидела живущего в нем ребенка. Если бы не он, никто бы не узнал о ее падении, но теперь он будет расти и делать очевидным ее положение. Скрытый от глаз людей он лучше любой сплетницы выдаст ее отвратительную тайну всему миру. Все увидят, как низко она пала.

Чтобы как можно дольше оттянуть момент обнаружения ее беременности, Патриция запретила служанкам помогать ей одеваться. Теперь палантин стал неотъемлемой частью ее гардероба. На людях она всегда держала руки сомкнутыми, а когда садилась, то накрывала живот платком. Пять месяцев ей удавалось сохранять свою тайну. Но с каждым новым днём в душе все сильнее нарастал страх быть разоблаченной. Патриция жила в ожидании неминуемой гибели.