Хрустальная пирамида

Когда Микул вслед за священником приблизилась, разговоры в толпе мгновенно смолкли, и до слуха Микул долетели только слова:

– Армия Дикки разгромлена!

– Враги взяли Дикку в плен!

– Наверное, его уже убили!

Микул замерла. Дикка погиб?!

Неожиданно раздались громоподобные звуки. Это заиграл выстроившийся на площади оркестр фараона.

Этот грохот испугал Микул. От страха она взмахнула руками, и кольцо, подаренное Диккой, упало на песок. Девушка попыталась быстро поднять его, но священник толкнул ее в спину, и кольцо исчезло в песке.

Микул удивил и вид музыкальных инструментов. Музыканты оркестра, одетые в форму, очень похожую на военную, держали в руках инструменты, каких она раньше не видала. Было много труб, деревянных или глиняных. При игре одни из них издавали звуки, похожие на свист ветра, другие – на плеск воды, третьи – на шум прибоя. После них вступили другие инструменты, поражавшие слушающих звучанием, подобным вою и реву животных.

Исполнив свою музыку, оркестр расступился в обе стороны, и прямо пред глазами Микул открылся вид на зиккурат и уходящую в небо бесконечную лестницу.

Но Микул не слышала музыки, не видела залитой солнцем широкой лестницы зиккурата.

«Дикка погиб?!» Только эти слова крутились у нее в голове.

* * *

К подножию Львиной скалы приблизился худой старик на осле.

Тень от осла и сидевшего на нем человека легла рядом с Рой, игравшей у Львиной скалы в песок с друзьями – такими же детьми рабов.

– Рой? – хрипло спросил мужчина, выглядевший стариком. Рой не знала этого человека и, не решаясь ответить, молча смотрела на мужчину на осле. Солнце освещало его со спины, и поэтому лица было не разглядеть.

По-стариковски неторопливо мужчина слез с осла и тяжело оперся обеими руками о скалу. В этот момент Рой заметила, что на руках у него только по три пальца. На его голове не было волос, поэтому он выглядел стариком. Но если присмотреться, тело его было молодым.

– Господин Дикка? – Рой от удивления широко открыла глаза. Произнеся это имя, она так испугалась, что больше ничего не могла сказать.

Как все изменилось! Хотя прошло меньше года с тех пор, как Дикка ушел из Гизы на войну, он стал совершенно другим. Его красивое лицо было обожжено, волос почти не осталось.

– Удивилась, Рой? Год был ужасный. Неудивительно, что ты меня не узнала.