Маскарад

Поняв, что от него не отстанут, Рихтер встал. Посмотрев в зеркало, он увидел нечто высокое с черными запутанными волосами. Северин пригладил волосы, одел халат и вышел. Он обратился к Герману:

– Какого черта кому-то пришло в голову прийти именно сейчас?!

Рихтер произнес это со всем недовольством, которое только было у него внутри. Идя по коридору второго этажа, детектив заглянул в комнату Селены. Девочка спала. Он порой завидовал ей, ведь она могла спать столько, сколько желала. Ей не нужно было работать или встречать гостей, которым почему-то нужно было прийти именно ранним утром.

Северин осмотрел комнату и вышел. Он злился, так как понимал, что еще одно утро испорчено.

Но делать было нечего. Спускаясь, он думал о том, кто же все-таки решил показаться храбрым и проведать его утром. Спустившись по лестнице, Рихтер увидел Луи Мартини. Это один из богатых людей Франции. Он известен тем, что помогал детективам расследовать преступления. Его считали умным и благородным, но Рихтер так не думал. Северин знал его самовлюбленным и высокомерным человеком, который всегда лез в чужие дела.

Мартини стоял в белоснежном костюме посередине гостиной. Он с хитрой улыбкой рассматривал декорации в комнате. На его голове от прохладного воздуха развивались белые кудри.

Рихтер тяжело вздохнул. Он так не хотел спускаться, что готов был уйти, несмотря на то, что это очень грубо. Спустившись, Северин подошел к Мартини. Француз повернулся к детективу, улыбнулся и протянул ему руку в знак приветствия. Рихтер со всем недовольством быстро пожал ему руку и сделал серьезное лицо.

Мартини не обратил внимание на грубость мужчины и завел с ним разговор.

– Доброе утро, Северин!

– Доброе, – пробормотал Рихтер.

– Ты ждал меня? – с радостью произнес Мартини и улыбнулся ему.

Детективу стало плохо от этой улыбки. Она была такой же белоснежной, как и сама одежда Мартини. В его глазах он видел лицемерие, но ему было не до этого. Ведь человек, которого так не любил Северин, стоял в его гостиной. Рихтер изо всех сил пытался не показывать свою ненависть.

Он ненадолго задумался и очнулся только после того, как Мартини похлопал его по плечу.

– Вижу, ты еще спишь, – рассмеялся он. – Ну что же, я думаю мой разговор тебя подбодрит!

Рихтер и Мартини сели друг напротив друга. Герман принес на подносе две серебряных чашки чая и чайник, также сделанный из серебра. Он поставил на маленький деревянный столик чашки и разлил чай. Мартини добавил в свою чашку три ложки сахара.