Мирдрево: оковы

Совет в полном составе приземлился – подолы накидки опадали и смыкались по центру; напряжение из плеч и корпусов ушло; лёгкое усилие мысли, блики магии в ладонях – и вуаль левитации развеялась как дымка, ускользающая в тела. Шесть пар рук поправили капюшоны на головах; а один из них – голова Совета – снимая капюшон, шагнул вперёд.

Низкорослый, светло-смуглый мужчина. Добродушное лицо было испещрено морщинами, короткая каштановая бородка редких волос, а в длинных волосах, убранных за уши, полосами проблёскивала седина.

Опустив руки вдоль тела и прижимая ладони к бёдрам, Рута и Ирис покланялись Совету головой и корпусом как одной линией. Обычное приветствие, но в отношение Совета оно явно ощущалось иначе. А в Ирис, имеющееся у всех уважение, булькало странной тяжестью и отторжением. Отчасти эти непонятные ей эмоции каждую редкую встречу с Советом превращали в пытку.

Следом за Советом приземлилось несколько старших Охотников. Среди них был старший ученик Вязель – и Ирис догадалась, что скоро будет его посвящение.

Не поклонившись, шесть членов Совета кивнули, что отобразилось в трепыхании их капюшонов, и перетекли в сторону. Седьмой – голова Совета – не кивнул и встал напротив Ирис. Он устремил на неё взгляд серых глаз; и несмотря на то, что она была немного выше, ощущалось так будто он смотрел сверху вниз.

– Это ты их обнаружила, – сказал он. – Так? Что ты делала так далеко от поселения?

– Я… я прогуливалась и, вероятно, задумалась.

Протяжный, слегка хмурый взгляд, и голова сказал:

– Видимо мы должны сказать спасибо твоей задумчивости. И твоей интуиции.

Он повернул лицо к нарушителям и насупился. Ирис взглянула на деревья, ощущая, что те, кому принадлежала эта благодарность, находились там.

– Па?дуб, – обратилась к голове Совета Рута, – что нам делать?

Он с несколько секунд смотрел на нарушителей, и вернул лицо к Ирис.

– Ты это сделала? – сказал он.

Ирис кивнула, засеменила к нарушителям, присела и по очереди коснулась лбов с бледной, белой магией в ладони. Моргая, нарушители приходили в себя, садились и осматривались.

Пока Ирис отходила в сторону, Падуб посмотрел на Руту и сказал:

– Обездвижь.

Нарушители не успели ничего возразить или сделать, как Рута создала вокруг них ветряные канаты. Они прижали руки к телам, а запястья друг к другу.