#Моя [не]идеальная жизнь

Я имею в виду, что могу сама пойти в салон красоты, но мои корни – другое дело, так что…

Я не совсем улавливаю, о чем она говорит. Но в следующую минуту она показывает коробочку, с надеждой глядя на меня. Это краска для волос «Клейрол». У меня мелькает мысль: «Мы создаем новый бренд для «Клейрол»? И я буду участвовать в НОВОМ БРЕНДЕ «КЛЕЙРОЛА»? О господи, это КЛАССНО…»

Но сразу же наступает отрезвление. Деметра вовсе не выглядит взволнованной – не похоже, что она собирается переделать международный бренд. У нее скучающий и слегка нетерпеливый взгляд.

И наконец до меня доходит смысл ее слов: …кое-что другое… мои корни – другое дело…

Я внимательнее смотрю на коробочку. «Краска для волос «Клейрол». Темно-каштановая. Восстанавливает цвет корней за десять минут!»

– Вы хотите, чтобы я…

– Вы просто ангел! – Деметра одаривает меня обворожительной улыбой. – Это мое единственное окно за весь день. Вы не возражаете, если я отошлю несколько мейлов, пока вы будете это делать? Вам бы лучше надеть резиновые перчатки.

Да, и не накапайте на ковер. Может быть, вы найдете какое-нибудь старое полотенце или что-то в этом роде?

Ее корни. Особый, идеальный проект – это окраска ее корней.

Я чувствую себя так, будто на меня обрушилась волна. Я насквозь промокла, меня обвивают водоросли – и я абсолютный лузер. Будем смотреть правде в лицо: она даже не вышла из своего кабинета, чтобы поискать именно меня. Знает ли она на самом деле, кто я?

Когда я выхожу из кабинета Деметры, прикидывая, где бы раздобыть старое полотенце, Лиз отрывается от своего монитора и с интересом смотрит на меня.

– Что это было?

– О, – говорю я и чешу нос, пытаясь выиграть время. Не могу же я поведать о своем разочаровании! Я просто не нахожу слов. Как же мне могло прийти в голову, что она поручит мне бренд для «Клейрол»? – Она хочет, чтобы я покрасила ей корни, – произношу я небрежным тоном.

– Покрасить ее корни? – переспрашивает Лиз. – Покрасить? Ты это серьезно?

– Это возмутительно! – вступает в разговор Роза.

 – Этого нет в твоем контракте!

Все в офисе поднимают голову от работы, и я чувствую волну всеобщего сочувствия. Даже жалости.

Я пожимаю плечами:

– Все о’кей.

– Это еще хуже, чем то платье-корсет, – многозначительно произносит Лиз.

Я слышала историю, как однажды вся команда пыталась застегнуть молнию на платье Деметры. Платье было ей мало, но она упорно этого не признавала. (В конце концов им пришлось применить плечики для одежды и грубую силу.