Просто люби жизнь

Что-то радостное, сильное и острое одновременно. Он заинтересован.

– Нет, – говорю я, едва справляясь с голосом. – У меня… Нет.

– Отлично. – Он с прищуром смотрит на меня. – Это… я рад это слышать. А теперь ты задай мне вопрос.

– Хорошо. – Мои губы растягиваются в улыбке, потому что сейчас мы играем в игру. – Дай подумать. У тебя кто-нибудь есть?

– Ох, нет. – В его ответе есть ударение, на которое я обратила бы внимание в нормальной беседе, но у меня нет больше возможности задавать ему вопросы.

– Итак, теперь мы знаем всё, – говорю я, и Голландец смеется.

– На данный момент всё. Может, будем задавать друг другу по одному вопросу каждый вечер? Это будет наш десерт.

– Звучит неплохо.

Нас прерывают, когда подходит официант, который принес тарелки с пастой, и я пользуюсь возможностью снова украдкой взглянуть на Голландца, на его волевую челюсть, темные ресницы и крошечные милые «гусиные лапки» вокруг глаз, которых я раньше не замечала. Я понимаю, что понятия не имею, сколько ему лет.

Я могла бы спросить его завтра вечером. Это может быть мой вопрос.

Но какая мне разница, сколько ему лет? Нет, нет! Никакой!

Я внезапно чувствую радостное возбуждение. Я чувствую себя свободной! Меня не волнуют факты, детали или то, что может содержаться в его профайле на Match.com[20 - Math.com – сайт службы знакомств, работающей более чем в пятидесяти странах на двенадцати языках.]. Он здесь, и я здесь, и это все, что имеет значение.

– Подожди, у меня есть еще вопрос, – говорю я, когда Голландец заканчивает передавать оливковое масло.

 – Я думаю, это разрешено… Где ты был сегодня днем? – Я бросаю на него насмешливо-укоризненный взгляд. – Ты пропустил йогу!

– Ох. Так и есть. – Он с довольным видом берет вилку макарон. – Честно говоря, я не фанат йоги. Мне больше по душе…

– Стоп! – Я поднимаю руку. – Не говори! Слишком много личной информации!

– Блин! – восклицает мужчина, впервые выглядя по-настоящему расстроенным. – Как нам вообще разговаривать?

– Мы не должны разговаривать, – замечаю я.

 – Мы должны писать.

– А, – он кивает. – Touchе[21 - Touchе – «задела» (франц.).].

– Или, в твоем случае, надрать кому-нибудь задницу, – добавляю я, и Голландец смеется.

– И снова touchе.

Я набиваю рот орекьетте, это местная паста. Он подается с зеленью и розмарином и имеет превосходный вкус. Но если вчера вечером я просто радовалась хорошей еде, то сегодня не могу перестать наслаждаться этой восхитительной, дразнящей беседой.