Просто люби жизнь

Как-то так вышло, что наши тела соприкоснулись, влажная кожа прижалась к влажной коже, а солнце поливает лучами головы и спины. Он уже твердеет, я уже таю… Если бы мы не были на публике…

Я слышу, как кто-то смеется поблизости – над нами? Но я слишком потерялась в ощущениях, чтобы пошевелить головой. Всё в порядке. Нам можно целоваться на публике. Это Италия, родина страсти. Они изобрели секс. И я не могу остановиться. Моя жажда безгранична.

– Ciao, bella![22 - Ciao, bella! – «Привет, красавица!» (итал.)] – Пронзительный свист заставляет меня подпрыгнуть, и я оглядываюсь.

Это подростки примерно в пяти футах от нас собрались и таращатся. Черт. Они смеются над нами. И теперь они улюлюкают. Нужно остановиться. Возможно, мы на самом деле нарушаем закон или что-то в этом роде.

Неимоверным усилием я отрываюсь от Голландца и, тяжело дыша, смотрю на него. Я не уверена, что могу говорить, да и он тоже кажется потрясенным.

Подростки продолжают вопить, и я стараюсь не обращать на них внимания. Вероятно, нам не следовало проводить первое сексуальное свидание в общественном месте с насмешливой аудиторией.

Но все мы крепки задним умом.

– Итак, – наконец выдавливаю я.

– Угу. – Голландец снова улыбается.

Я знаю, что у меня должны найтись слова, но сейчас я даже не в состоянии построить предложение. Я все еще слишком потрясена.

– Мне тоже разрешен личный вопрос. – Низкий голос мужчины застает меня врасплох. – Верно?

Его рука блуждает по шву моего купальника, в то время как другая рука ласкает ухо.

Его прикосновения одновременно нежные и решительные. Он знает, что делает, приходит мне в голову, и мгновение я упиваюсь этой восхитительной мыслью. Затем я понимаю, что он ждет ответа.

– Э-э-э, да, – я прихожу в себя. – Думаю, да.

О чем он хочет спросить?

Я жду, когда Голландец заговорит, но он все молчит, и его глаза блестят, словно он захвачен какими-то тайными мыслями.

– Хорошо, – говорит он и нежно касается моего носа. – Пожалуй, я приберегу его на потом.

В тот день я чувствую себя так, словно выпустила на волю джинна бесстрашия.

Мы прыгаем снова и снова, кричим и машем друг другу в воздухе. Мы плещемся, плаваем и целуемся на солнце, наши губы соленые от морской воды. Затем, устав, уходим с пляжа в тень ближайшей оливы и расстилаем на земле полотенца. Солнце танцует в ветвях, и я закрываю глаза, наслаждаясь ощущением лучей на лице.

– Я думаю, итальянское солнце другое, – говорю я мечтательно. – В Англии нас обманывают.