Непокорный рыцарь

Мне не хочется поддаваться этому парню. Я вообще больше не хочу его видеть.

Но есть кое-кто, кто не позволит мне вернуться домой и спрятать голову под подушку. Офицер Шульц ждет от меня информации. И он ожидает услышать нечто большее, чем новость об «увольнении» Вика.

– Я буду им, – говорю я.

– Ты? – презрительно усмехается Ливай.

Я вырываю руку из его хватки.

– Да, – отвечаю я. – Я знаю гораздо больше народа, чем Виктор. Люди приезжают в мастерскую каждый день. Возможно, я смогу даже удвоить выручку Вика.

– Я думал, ты хорошая девочка, – подозрительно говорит Каргилл. – Я слыхал, ты даже член не сосешь при включенном свете.

– На освещение мне плевать, – говорю я. – Но к твоему я не притронусь ни за какие деньги.

Ливай фыркает.

– Ты тоже не в моем вкусе, стерва в костюме Джастина Бибера.

Я бы сказала парню, что он похож на крутую мамашу, но решаю оставить это при себе. Если мне нужен компромат на Каргилла, придется с ним сработаться. А если это единственный способ избавиться от Шульца, что ж… Выбора у меня нет.

– Я на многое готова, чтобы мой брат пошел в университет, а не застрял здесь, как остальные.

Ливай усмехается.

– Бывал я в университете. Там крутится больше наркоты, чем во всем этом городе.

– Ну что ж, а еще там выдают дипломы.

Ливай оглядывает меня в последний раз.

– Ладно, – говорит он. – Приходи ко мне завтра.

– Отлично. Приду.

Я отворачиваюсь, стараясь не выдавать учащенное дыхание.

Супер. Я теперь драгдилер.

Настроение у меня не самое праздничное, но, во всяком случае, теперь мне будет что рассказать Шульцу, когда он позвонит в следующий раз. Если его к этому времени не собьет автобус.

Неро

Я не планировал заезжать на Уокер-драйв. Я знаю, что участвовать в гонках глупо. Но меня тянет туда снова и снова. Все дело в запахе высокооктанового топлива и в том, как рычит под капотом мотор, словно дикий зверь. Машина жаждет гонок, как лошадь – скачек.

А я хочу быть тем, кто сидит за рулем.

Время замедляется. За четырнадцать секунд ты можешь прожить целый год. Я вижу все – каждый камешек на тротуаре, каждую каплю влаги на лобовом стекле. По вибрации рычага переключения передач под моей ладонью я ощущаю работу двигателя.

Здесь я разбил свой «Бел-Эйр». Это была плохая ночь. Я был чертовски зол. В такие моменты мне хочется спалить дотла весь этот гребаный город. Не знаю, чем вызвано такое желание. Видимо, со мной что-то не так.