Длинные тени старых грехов

– Роскошная работа, видимо, создан мастером из ценных пород дерева, украшен резьбой и медными деталями.

Она попыталась его открыть. Не вышло. Наверно здесь есть какой-то замок. Руки Элизабет скользили по лакированной поверхности глобуса. Наверно замок замаскирован в этих медных деталях. Она начала активно ощупывать медные детали, пытаясь повернуть, потянуть, нажать. Наконец что-то щелкнуло, и верхняя половина шара приоткрылась. Элизабет с нетерпением принялась приподнимать довольно увесистую полусферу. И наконец, ее глазам открылась внутренняя часть глобуса.

В центре сферы лежали какие-то свитки. Элизабет потянулась, и в следующий момент свитки оказались у нее в руках.

– Что это?

Она подошла к письменному столу, стоящему возле камина и расстелила свитки.

– Это же план дома. Я нашла план дома, – радостно воскликнула Элизабет. Теперь, изучив его, я могу узнать, где в доме спрятаны потайные проходы, и тайные комнаты, если конечно они отмечены на официальном плане.

Тут девушка заметила, что начинает темнеть.

Она быстро свернула свитки и решила бегло осмотреть оранжерею. Подойдя к стеклянной двери, ведущей в оранжерею, Элизабет не без труда смогла отворить ее. Вначале не поддаваясь, дверь издала противный металлический скрежет и открылась.

Войдя в оранжерею, Элизабет поежилась.

– Здесь еще холоднее, чем в доме.

Сквозь грязные пыльные стекла с трудом пробивались лучи заходящего солнца. Девушка начала осторожно идти по мозаичному полу в направлении фонтана, то и дело оборачиваясь и озираясь вокруг.

Наверно когда-то давно оранжерея была прекраснейшим местом в доме, множество растений, привезенных из разных уголков планеты, украшали клумбы и горшки. В воздухе витали ароматы душистых цветов, сквозь ажурный купол в оранжерею струился теплый свет. И всю эту благодать нарушало лишь журчание воды в белоснежном мраморном фонтане.

Но времена прошли. Дом опустел, растения и цветы завяли и превратились в пыль, купол занесло листвой и грязью, навсегда укрывшими оранжерею от солнечного света.

Белоснежный мраморный фонтан стих, превратившись в зловонную лужу, а воздух наполнился смрадом гниения и обреченности.

Элизабет медленно подошла к фонтану и присела на край. Холод и сырость исходили от него. Она протянула к одной из поросших мхом, мраморной чаши, руку. Внезапно в мутной воде что-то мелькнуло. Элизабет разглядела отражение. За ее спиной она увидела темную фигуру и лицо. Серое безжизненное лицо и злобную ухмылку на нем.