Шоколад с морской солью

Нет, сердцем чувствую, выход обязательно найдётся! Что-нибудь я обязательно придумаю. Не случалось ещё такого, чтобы судьба не дала Пабло Осорио ещё один шанс…»

Внезапно старик заметил в тени дома напротив знакомый силуэт. Потом ещё один. И ещё. Все трое молчаливо и бестелесно стояли справа от ступенек парадного подъезда дома на противоположной стороне улицы и, повернув голову в сторону старика, вежливо ему кивнули. Чёрные костюмы в тонкую полоску, блестящие лакированные туфли и атласный галстук с жемчужной булавкой.

Застыли. Сосредоточенно глядя старику в глаза, они беззвучно зашевелили губами, будто желая что-то сказать. Прохожие безучастно проходили мимо, совершенно их не замечая. Один Пабло отчетливо видел каждого и даже знал всех троих по именам… «Тьфу… Отец Небесный! Святые угодники! Ох, неспроста эта троица самоубийц появилась сегодня здесь. Не на мои ли поминки вы притащились сегодня?» – с шутливой бравадой произнёс вслух мужчина, ощущая при этом, как нервно забегали по коже мурашки, как на висках выступил холодный пот. Старик давным-давно приметил, что на следующий день после их появления у этого самого подъезда в квартале обязательно умирал кто-то из соседей… «Интересно, кто всё же на этот раз? Нет, amigos, напрасно вы пришли. Не удастся вам выпить рома на моих похоронах! Ну уж нет! Точно не выйдет, голубчики!» – с грубоватой хрипотцой в голосе пробормотал Пабло. «Отвечайте, за кем пришли? Молчите?!» – злобно проворчал старик и с раздражением топнул ногой. От негодования у него сильно сдавило в груди, но сдержаться он не смог и что было сил закричал: «Говорите, канальи, что нужно, или проваливайте! Прочь! Прочь отсюда, грешники проклятые!!!» – несколько прохожих испуганно обернулись в сторону импровизированной кафедры, где Пабло, словно пастырь, резко выкрикивал проклятия, размахивая руками в направлении пустого подъезда.

«Не обращай внимания.

Иди куда шёл. Старик-то наш давно из ума выжил», – отозвался скрипучий голос кого-то из соседей, и прохожий, понимающе кивнув в ответ, отвернулся, зябко передёрнул плечами и быстро зашагал прочь. Пабло ничуть не задели обидные слова соседа, однако он невольно обернулся в сторону говорившего. Сплетен о себе он слышал немало. Разное говорили о нём люди, всё больше сочиняли сказки и разные небылицы, но вот сумасшедшим назвали впервые.