Невеста на замену

И вот теперь Хелена сидела во главе идеально сервированного стола, умирала от голода, но не могла съесть ни кусочка. Стоило ей отправить в рот пару ложек салата или крошечное канапе, как кости корсета больно сжимали ее ребра, не давая вздохнуть.

От шампанского тоже следовало держаться подальше. Его пузырьки и в менее стрессовых ситуациях сразу били ей в голову, а уж сегодня, да еще и на голодный желудок…

– Ты в порядке? Кажется, ты немного… порозовела, – прошептал Флинн, щекоча дыханием ее ухо.

При этом он нежно обнял ее за плечи, так что со стороны могло показаться, что он просто воркует со своей молодой женой.

– Это корсет. Когда я стояла, все было в порядке, но, сев, поняла, что он затянут слишком туго и почти душит меня.

– Может быть, я смогу… – Он кивнул в сторону ее спины, где располагалась злосчастная шнуровка.

– Слишком поздно, сейчас начнутся речи. Когда все желающие выскажутся, я попрошу одну из горничных перешнуровать это орудие пытки.

– Хорошо, – кивнул Флинн.

 – Кажется, первым выступает твой отец. Он всегда был хорошим оратором.

– Неужели? – недоверчиво покосилась на него Хелена.

– А разве нет? Он часто произносит речи на различных благотворительных мероприятиях и перед правлением. И на предсвадебном ужине он тоже удачно выступил.

Настолько удачно, что невеста, не дослушав поздравительную речь, бросилась в объятия шафера.

Когда отец начал многословно радоваться тому, что Тея наконец научилась принимать правильные решения не только в бизнесе, но и в личной жизни, даже Хелене захотелось убежать прочь.

Хелене оставалось только гадать, какие комплименты отец припас для нее. Если, конечно, он потрудился переписать свою речь.

Ее мрачные размышления были прерваны аккуратным постукиванием серебряной ложечки об ножку хрустального бокала: Томас Моррисон поднялся со своего места, чтобы поприветствовать гостей.

– Леди и джентльмены, дорогие друзья, добро пожаловать! – Его улыбка была такой широкой, что Хелена невольно задумалась о том, сколько шампанского отец успел выпить за время обеда.

 – От своего имени, а также от имени моих дорогих друзей, Эзекиля и Изабеллы, я хочу поблагодарить вас за то, что вы проделали весь этот путь и разделили с нами радость сегодняшнего события.

Ответом ему были аплодисменты. Когда они стихли, Томас продолжил:

– Наконец наступил день, которого мы так долго ждали: день объединения наших семей.