Извините, что мне не жаль

Только закрытая дверь.

И так продолжалось несколько дней. Иногда по ночам я просыпалась от звуков его передвижений по дому: шума воды в раковине на кухне, шагов по деревянному полу, смыва воды в унитазе или пикающей микроволновки.

– Как будто у нас в доме завелось привидение, – пожаловалась я Мэдди и Генри в их местном пабе, – и даже не какой-нибудь там прикольный полтергейст, который вещи разбрасывает или что-нибудь в этом духе, а такое мрачное привидение, которое тебя преследует.

– Скучный призрак, – ответил Генри, – да, это похоже на то, каким я помню своего двоюродного брата, Адама.

– Думаю, я с ним еще вообще не встречалась, – сказала Мэдди.

– Встречалась. Помнишь, он был на свадьбе Джеймса? – спросил Генри.

Мэдди ответила, что вообще не помнит свадьбу его брата. Это было так давно, к тому же она так волновалась перед встречей с его семьей, что выпила полторы бутылки просекко и пошла спать прямо после танцев, и даже пропустила, когда невеста бросала букет.

– Но вроде бы ничего страшного, ведь через неделю ты все равно сделал мне предложение, – сказала Мэдди, и они посмотрели друг на друга – так долго и значительно, что мне стало немного неудобно и завидно, но в то же время я была так за них счастлива.

– Ты даже танцевала с ним, – напомнил ей Генри, – прямо перед тем, как упала в пруд с рыбками. Этого ты точно не могла забыть.

– О боже, не надо. Только не про тот дурацкий пруд. Жуть.

Генри сказал, что не хотел напоминать ей о пруде, только об Адаме, и пару минут они мило пререкались.

Потом Мэдди сказала:

– Погоди, кажется, я его вспомнила! Высокий такой и даже красавчик, но ботаник до мозга костей. Темные волосы, очки, борода? Ни слова не может сказать, при этом не краснея и не запинаясь?

– Он самый.

– Хорошо, значит, если однажды я обнаружу на кухне темноволосого бородатого чувака, полицию вызывать не нужно. Но серьезно, он вообще из комнаты не выходит.

И Тэнси не лучше. Каждую ночь закрывается у себя и, судя по всему, общается с семьей по FaceTime. Наверное, она из семейки Аддамс, раз до двух ночи не спит. Как будто я в морге живу. Очень скучаю по вам, ребята, – сказала я.

– Мы тоже по тебе скучаем, – утешила меня Мэдди. И потом, когда Генри пошел заказать еще пару напитков, мы обнялись.

Я знала, что это правда – в каком-то смысле. Но при этом для нее это было по-другому.