Если бы я знала

Обрадовавшись, я поспешила к нему, забыв про черноплодную рябину совсем. Поставив на землю ведерко, я встала рядом со стволом, огляделась по сторонам, мне тут для первого раз свидетели ни к чему, и нерешительно обняла.

Стояла и старалась думать не о том, как я выгляжу со стороны, а о своих чувствах. Но мне было почему-то настолько смешно от одной только мысли, что меня тут могут застукать, что никак не могла настроиться на нужный лад.

– Боже мой, что я творю! – проговорила под нос сама себе.

Мысленно себя поругав, я решила попробовать еще раз.

Я окунулась не сразу, то постепенно, в день ссоры… И услышала треск сухой ветки. Резко открыла глаза и обернулась. Я поняла, что кто-то меня увидел и не смогла сдержать глупой улыбки. Но на полянке кроме меня никого не было.

Настроения для подобной медитации у меня уже не было, и я решительно наклонилась за ведерком. Почитаю побольше информации, а то пошла такая наобум, решив, что все само собой получится. Я выпрямилась и вскрикнула, снова выронив ведерко на землю.

Передо мной, шагах в пяти стоял мужчина. Как он тут оказался.

Я схватилась за сердце в показном движении.

– О, Господи! Зачем же так пугать!? Чуть сердце не выпрыгнуло.

Мужчина все стоял и странно на меня смотрел. Ну, я думаю, что странно, потому что кепка, закрывающая тенью его глаза, мне откровенно мешала. Сам он был одет в рубашку, с закатанными рукавами, и как ему не холодно? Джинсы и ботинки, наподобие тимберлендов. Прямо фермерская мечта любой девочки.

Я настороженно смотрела на него и ждала реакции.

А он все стоял и, кажется, не дышал даже. Но кулаки его были сжаты. Блин! Я одна. В лесу. Далеко от дома. Тут, мне кажется, зови не зови, никто не придет. А он мужчина. Большой такой.

Ну, избежала одного изнасилования, прибежала к другому. Я откровенно накрутила себя. Дышала часто и неровно, боясь его.

– Кто ты? – хриплый голос. Нет, точно насильник! Божечки, все прощай нормальная жизнь. А, может, и вообще жизнь.

Он вздрогнул. Непонятно почему. Странный маньяк. Я нашла в себе силы произнести:

– Мила. – какая разница узнает он мое имя или нет. Если решил, то свое дело сделает. И, на всякий случай добавила – Громова.

Вот дуреха, ага? Вот так сразу сдать себя с потрохами… Это, чтобы ему легче было бы меня потом отыскать. Хотя какое потом. Вот все прямо сейчас и случится.