Цербер

Что? Почему? Захотелось разочарованно застонать и протянуть к нему руки, но я едва сдержалась.

– Еще рано, очень рано, – его хриплый голос возбуждал не меньше.

Въелся под кожу, заставляя тело покрываться мурашками, а разум туманиться. Я не понимала, почему так хочу совершенно незнакомого мужчину. Почему от одного взгляда его темных, как зерна кофе, глаз, внизу живота скручивался спазм, заставляя стыдливо сжимать ноги? Я хотела его и ничего не могла поделать со своим телом.

Разум не слушался, хотя я действительно не понимала, что происходит.

Почему я, примерная жена и уважаемый домашний репетитор, от одного взгляда чужого мужчины, вздрагивала и была готова просить еще ласки, еще его рук и губ на своем теле.

– Вкусная.

Сказал и резким толчком вошел в меня, заставляя поджать пальцы на ногах от удовольствия. Он начал двигаться быстро и резко, размашистыми толчками входил в меня и целовал, гладил руками твердые соски, и прикусывал их, отчего кожа тут же покрывалась мурашками.

– Хочу услышать, как ты кончишь с моим именем на губах, – услышала его почти приказ.

Пара толчков, и я вонзилась в его спину ногтями и вскрикнула, задрожала от разливающихся по телу импульсов тока.

– Тиму-у-у-у-р, – едва выдохнула.

Не понимала, что это за удовольствие такое, почему с ним приятно, почему для него я готова на такие эмоции, которые не показывала даже собственному мужу.

Мужчина резко вытаскивает член, стаскивает презерватив и разворачивает меня к себе. Надавливает на плечо, заставляя опуститься на колени перед ним.

Его член на уровне моей головы, а я вместо того, чтобы смутиться, с интересом рассматриваю его.

Он большой. С тугими венками по всей длине и розовой головкой, на которой красуется пара капель смазки. Не замечаю в паху ни единого волоска, и это меня удивляет, потому что мой муж никогда не бреется там.

Мужчина хватает меня за волосы и тянет ближе, поэтому я без труда угадываю, что ему нужен минет. Божечки. Я не знаю… не умею, я ведь не делала его никогда.

– Я… я не могу… – произнесла и почувствовала, как по щекам потекли одинокие слезинки.

– Да ну? Ты же ради денег поехала, красавица, – прокомментировал и надавил на щеки, заставляя открыть рот.

Вошел в меня резким толчком почти до основания и застонал. Сделал пару движений, от которых я закашлялась. На глазах проступили жгучие слезы, но я с ними справилась. Еще пара движений, и я привыкла. Мне, к моему собственному удивлению, даже понравилось.