Единственная для цербера

– Мы сможем это устроить?

– Не сразу, но за месяц-два, думаю, да. Нужно все подготовить.

– Быстрее можно? – Тимур даже представить не мог, что ему придется не видеть Аню еще долго. До самых родов. Нет. Он должен видеть своего ребенка сразу, как он появится на свет.

– Можно, но тогда Вадим может что-то заподозрить. Нельзя подготовить масштабную перевозку за неделю. На это может уйти несколько месяцев.

– Хорошо, – Тимур кивнул, правда, все еще не представлял, как будет справляться.

От одной только мысли, что он все еще не сможет видеться с Аней, ему становилось не по себе.

Он не знал, сможет ли удержаться в следующий раз, когда пойдет к ней. Не был уверен, что не дотронется, что не обнаружит себя. Тимур безумно соскучился по ней. По карамельному вкусу ее губ, по запаху, по ее волнистым волосам, ниспадающим по плечам, по звуку ее голоса.

– Тимур Эмирович? – услышал, как его зовет Зеки, и перевел взгляд на мужчину.

– Слушаю.

– Вы уверены, что вам это нужно? – как-то странно спросил Зеки.

 – Откажитесь от сделки с ним.

– Я не могу.

Сказал чистую правду. Действительно не мог. Всегда держал данное слово. И даже с врагом это правило работало. Он пообещал, что сделает, значит, обещание нужно выполнить. На телефон поступило сообщение о месте встречи.

– Работай, Зеки. У меня встреча через несколько часов. Я поеду один.

Мужчина кивнул, встал с кресла и, немного помявшись, произнес:

– Что насчет Анны, Тимур Эмирович? Продолжаем поиски?

Тимур замер.

Поднял голову на Зеки, потому что ушам своим поверить не мог. Он предложил свернуть поиски? Забыть о том, что она носит его ребенка?

– Вы все обыскали? – не смог сдержать рыка.

– Да.

– Значит, ищите еще, – ударил по столу так, что все, стоящее там, подскочило вверх. – Ищите, мать твою, потому что она носит моего ребенка. Моего сына, Зеки, – ярость ослепила его. – И я не могу без нее, – все еще громко, но уже спокойнее добавил он.

– Понял.

Зеки ушел, а Тимур собрался, сел в автомобиль и поехал по уже ранее проложенному маршруту.

К ней поехал. Чтобы взглянуть хотя бы на мгновение, чтобы увидеть, как она разговаривает с малышом, как гладит свой живот. В такие моменты он старался представить, что бы он чувствовал, если бы делал точно так же. Касался ее округлившегося живота, целовал бы его, чувствовал, как шевелится малыш.

Стиснул руки в кулаки и уткнулся лбом в ограждение. Вот и его наказание. Стоять и смотреть.