Ячейка

Пропала с радаров, так сказал напарник. Ее ищут, Алард сам вышел на связь прямо в «Ячейку»! А она… Она… Ведь она же могла сразу сказать Гарсу о неполадке. Но нет, она решила брать интервью с ван Эйками, образцовая путешественница, просто чудо! Был шанс что-то предпринять сразу. Сколько там прошло времени? Они бы выявили неисправность. Наверняка увидели бы своими глазами злоумышленницу и вывели ее на чистую воду. Предотвратили всю ситуацию. Прояснили всю ситуацию. Но она промолчала. Не придала значения. Логично, что эта вина лежит на ней.

Это ее косяк. Она подвела их группу. Что она вообще за сотрудник, если не может отличить штатную ситуацию от внештатной?

– Руммер, прекратить загоняться, – скомандовал Годарт, который внимательно за ней наблюдал.

– Да, – вяло откликнулась девушка.

– Перестать, а не сделать вид, что ты перестала. Ты нужна разобраться в ситуации.

Хелин приказала себе собраться. Запах сырости щекотал легкие. Она не исправит случившегося. Годарт прав. Перестать размазывать сопли и работать дальше.

Она – чертов отобранный профессионал. Как же. Ей хотелось провалиться сквозь землю.

– А вы отлично друг друга понимаете, – с легким удивлением констатировал Гарс, – Я буду стоять здесь, ждать команду. Чем скорее, тем лучше.

– Я готова, – процедила ученая.

Годарт глянул на нее и начал зажимать комбинацию кнопок на медальоне. Увесистая штуковина, он содержал внутри микроскопическую частицу аэтернума и программные настройки. Телепортироваться на базу можно было через аппарат Гарса, да, но возможность экстренного возвращения была необходима.

На этот случай и существовал данный индивидуальный механизм, заряда медальона хватало на кратковременную дыру среднего размера в ткани «Ячейки». Настройки без промедлений отправляли туристов на базу.

– Три… – в унисон проговорили путешественники. В лице девушки сквозило злое осуждение себя. Гарс с Беном отошли к стене за их спинами и не шевелились.

– Два…

– Один.

Годарт и Хелин каждый сделали шаг перед собой, затем еще один.

Температура на доли секунды повысилась, а затем спала. Реальность исказилась и мелкими точками, прерывистыми линиями, как графика на старых играх, начала меняться. Прежние очертания расплылись, изменился свет. Он усилился и стал бить в глаза. Яркая лампа. На потолке. Слепящий прямой поток света, технологии середины XXI века. Годарт тряхнул головой. Он стоял в стеклянном кубе, напоминающем аквариум, – там, откуда стартовала телепортация.