Назови мне свое имя

Но тело все еще болит, к тому же, я никак не могу согреться, поэтому решаюсь сделать еще пару глотков.

Эрвин ушел. Теперь, греясь в тепле от растопленной печки, я чувствую себя на удивление хорошо. За окном шумит дождь, вода просачивается сквозь отверстия в своде и медленно стекает по стенам. Наверное, когда здесь жил Даниэль Манфилд, дыры в потолке были заделаны. Не удивительно, что это место с самого начала показалось мне уютным. Здесь жил не жестокий убийца-маньяк, а любящая пара, счастливая, пусть и совсем короткое время.

Эрвин возвращается быстрее, чем я ожидала, и с полным котелком воды.

– Родник совсем недалеко?

– Ниже по склону.

– Я так понимаю, ты часто здесь бываешь, – усмехнулась я. – У тебя заготовлены дрова, ты знаешь, где родник, и как дойти до пещеры несколькими способами.

– Сейчас уже нет. Раньше – да, когда пытался найти доказательства того, что Даниэль невиновен, – отвечает Эрвин, игнорируя мою иронию.

– А потом?

– А потом я понял, что мне вряд ли удастся это сделать, – говорит он равнодушно, подвешивая котелок над огнем.

– Но ты все-таки хочешь верить, что он невиновен, – я смотрю на него с любопытством. – Хотя все говорит об обратном.

– В него не верила собственная жена, должен же хоть кто-то не подвести.

– Я все-таки не понимаю, зачем тебе это? – и тут же отвечаю сама себе: – Наверное, гуляя по лесу, ты так же, как и я, нашел пещеру, и принял историю Даниэля слишком близко к сердцу? Ведь я тоже начала сомневаться, когда попала сюда, увидела, как он жил…

– Когда у человека в жизни появляется страсть, разве можно объяснить, отчего она взялась? У тебя есть в жизни что-то, что поглощало бы тебя целиком?

– Рисование, – вырывается у меня быстрее, чем я успеваю обдумать ответ.

– Почему «раньше»?

– Потому что сейчас я почти не рисую.

– Почему же?

– Некогда. Да и… смысл? Когда-то я хотела стать известным художником, но ведь это… нереально.

– Почему ты думаешь, что это нереально?

Я пожимаю плечами и смотрю на землю.

– Я просто любила рисовать. Точно так же, как миллионы людей по всему миру. Для того чтобы хоть как-то выделиться, выйти хотя бы в сотню лучших, нужен настоящий талант.

– И почему же ты считаешь, что у тебя его нет?

– Эрвин, ну, я… по образованию я дизайнер.