Наше право на бессмертие

Мной овладело непонятное желание: разнести всё и спасти брата, но что я могла? Что могла я против Главных?

Как только моя слеза упала на голову маленькой девочке, она проснулась и посмотрела на меня своими белым глазищами, я не могла понять её эмоций и чувств, поэтому никак поначалу не отреагировала, а затем Главная слизнула слёзы с моего подбородка. Это привело меня в недоумение, но я продолжала плакать, понимая, что никак не могу это остановить.

Валдин поднял руку, и Брокл кивнул. Началось движение, но Виталик, всё это время стоявший у меня за спиной, что – то произнёс и направился к брату.

На мгновение я перестала плакать. Брокл поднял лицо Зема, и я увидела его глаза, смотрящие на меня.

– Люблю тебя – прошептала я.

В руках Виталика очутился огромный лабрис. Я перестала дышать. Секунды стучали у меня в голове, но стук сердца заглушал их. Взмах.

Я люблю тебя, Зем.

Я люблю тебя.

Удар.

Его глаза всё еще смотрели на меня. Девочка у меня на руках начала трясти меня. Кажется, тогда я сидела с вытаращенными глазами и открытым ртом, по щекам у меня текли слёзы.

Потом Брокл что – то сделал, и тело исчезло. Никто из них даже не изменился в лице. Хотя Виталик, кажется, доволен содеянным. Мужчине было всё равно, он почти сразу же вышел, через ту дверь, которой раньше не было. У Валдина появилась бумага на столе, и он принялся что – то писать. Девушка сохраняла спокойное лицо, впрочем, как всегда. А, может быть, мне кажется. Я ничего не понимала. У меня был ветер в голове и щемящая боль в груди.

Мне хотелось потерять сознание, но ничего подобного не происходило. Я молча сидела, но никому из них не было до этого дела. Думаю, они совершали это сотню и тысячу раз, вошли во вкус.

Это их работа, иначе бы все нарушали правила. Господи! Я что, их оправдываю? Спустя какое – то время тело девочки перестало давить на мои колени, её согнал парень, который ненавидит меня. Он наклонился ко мне и взял меня на руки, никто и ничего не осмелился ему сказать, только Валдин смотрел на нас как – то странно.

Мне было всё равно. Несмотря на руки, что держали меня, дрожь пробила всё тело. Главный понёс меня куда – то, я видела то угасающие блики, то слишком яркий свет. Всё расплывалось, я видела только пятна: какие – то светлей, какие – то темней. У него были горячие руки, но мне всё равно ужасно холодно.

Потом произошёл какой – то скачок, на мгновение всё погасло, а потом я очутилась у себя в комнате, но всё еще на его руках.