Избранные. Мистический детектив

Пока в один из таких визитов Маргарита Павловна на глазах у всей палаты отчитывала лежавшего в кровати Васю за неуклюжесть и бестолковость, припоминая все косяки бедолаги за десять лет брака, Вася смотрел в окно – в плотную толщу холодного неба, изрыгавшего крупный мокрый снег, по ощущениям – куда более тёплый, чем любое адресованное ему слово.

Жена сетовала на то, что выходки мужа испортили ей тридцатипятилетие. За праздничным столом, дескать, царила «никакая» атмосфера, а все разговоры и расспросы только и были – как о самочувствии одного простофили, который накануне юбилея ногу на пустом месте сломал.

Поставила Маргарита в вину Васе и возню со страховкой, больницей, полицией.

– Принеси заявления, забери заявление, принеси улики, забери улики, потому что они и не улики вовсе, а твой собственный мобильник…

– Сотовый. Тебе вернули сотовый? – часто заморгав, вдруг оборвал жену Василий.

 – Он при тебе?

Муж редко подавал голос, тем более, когда с ним разговаривала, или скорее – отчитывала, жена.

Не ожидавшая от него такой бестактности Маргарита Павловна секунд десять изучала его по-рыбьи выпученными глазами и, наконец, с недовольным ворчанием зашарила в сумочке.

– Второй день выгрузить забываю… На, держи, – она передала супругу мобильник. – Даже не знала, что ты такой развалюхой пользуешься…

Она продолжила поносить мужа и дальше.

Говорила, как он подвёл коллег по бухгалтерскому цеху: сорвав сроки отчётности, лишил коллектив премии, а ей, замначальника производственного отдела того же предприятия – краснеть за него, да объяснять кадровикам почему в ближайший месяц-другой Вася на работу не выйдет.

Слушая всё это в пол уха, Василий Сомов лихорадочно шарил в настройках сотового. Он не держал его в руках с самого ДТП и теперь искал номер, который, как смутно припоминал, в последние секунды жизни набирал на клавиатуре.

Тщетно. Журнал вызовов чист. Но что ещё более удручало: он снова забыл Его – напрочь. Просто неуловимый номер какой-то…

Василий поправил подушку, уставшие веки накрыли глаза, но продолжавшая бухтеть жена даже не заметила, как внимание благоверного захватили картины прошлого.