Фантош для оборотня. Посвящение, или Игры насмерть!

Нашла ножницы, нитки и иглу, которыми пользовались для приготовления некоторых деликатесов.

Да, конечно, не стерильно, но что было, то нашла!

Принесла всё в зал и тотчас метнулась обратно. Набрала две кастрюли: одну с холодной водой, другую – горячей. Притащила в зал. Плюхнула поклажу на пол и тотчас притянула журнальный столик, который сиротливо стоял ближе к креслам и сейчас был как нельзя кстати.

– Что ещё? – встряхнула Роберта, ведь он ничего не говорил, а я не знала, что делать дальше. Врач не отвечал, и меня напугала его марионеточность.

Встряхнула сильнее и чуть по изуродованному лицу не влупила, чтобы мужчину привести в чувство: – Роберт! – Он с явным трудом открыл глаза, медленно проморгался с отсутствующим взглядом, а я требовательно не позволяла провалить обратно в небытие: – Роберт, – почти рычала, – что дальше?

– Воды… спирта… ножницы… нитку… иголку… тряпки… чистые, – бормотал затихающим голосом врач.

– Уже, только без спирта! Некогда, Роберт! – торопила. – Что и как делать? С чего начинать? – тараторила и чуть потряхивала.

 – Чёрт! – ругнулась бессильно.

Роберт был слишком слаб. Прикусила губу и начала врачевать сама. Не знала, что и как получится, но обязана попробовать его спасти. Для начала порвала занавески длинными полозьями, и быстро наложила жгуты. Пафосное название в моем исполнении, но как получилось. Главное хоть немного остановить кровь, которая и без того уже не лилась, а так, скромно сочилась, да и помогло куски к плоти чуток прилепить, чтобы не мешались под руками.

Разодрала футболку до конца, оголяя торс мужчины. Так же поступила с джинсами, оставив врача лишь в плавках.

Ужас. Его обнаженное тело меня повергло в еще больший шок. Это не человек – тушка. Изодранная, кровавая и безнадежная, с точки зрения жизнеспособности обычного человека.

Торопливо стянула раны тугими повязками и, наспех оценив повреждения и их значимость, начала врачевать с грудины и торса. Иглу в руках держать умела, поэтому быстро вдела нитку в ушко крупной иглы.

Узла не делала, потому что была не уверена, что он должен быть.

Несколько секунд настраивалась, чтобы прикоснуться к грудному куску свисающей плоти. Благо рёбра оголено не торчали, а кишки не вывалились. Хотя, даже от имеющегося вида меня чуть не рвало.

На миг отвернулась, всеми силами прогоняя кровавую картинку с глаз. Жадно подышала, напоследок втянула воздух поглубже, и принялась складывать пазлы из плоти.