Фантош для оборотня: прочь из моей головы!

– Он тобой тоже управляет? – прошептала мысль, от которой стало жутко.

– Не знаю, как сказать, – замялся Рома. – Вроде всё делаю, как хочу, говорю, что думаю, но когда начинаю разбираться в наших отношениях, размышлять о путях спасения, нет-нет, да простреливает боль. Смешно ли, но такое впечатление, будто в дебрях сознания сворачиваю не туда, куда нужно, и боль даёт понять: тебе туда не надо.

– Странно, такого не ощущаю.

Надо мной другое довлело – я лишь фантош, и обязана делать, как желает кукловод.

Пока точно не знала, что именно, но знала, что озвучит. Рано или поздно и это поздно неумолимо приближалось…

В общем, как бы мы ни старались, мучитель не гнушался опуститься до низости: умудрялся вывернуть наизнанку наши чувства, ситуации, испохабить романтику, обезвкусить интим, подавить стремление сохранить семью в целости и наши тщетные попытки удержать хрупкие отношения.

Последней каплей стал вопиющий случай. Рома разбудил – я опять металась по постели, ласкаемая чужаком.

Прижал к себе и шептал, что очень хочет, чтобы всё было, как прежде. Я молила Бога о том же. Поцеловала мужа со всем чувством, на которое была способна. Желала, чтобы кукловод до боли ощутил, как люблю супруга, как не хочу его терять и что готова сражаться!

Ромка ответил. Пламенно, с дерзкой просьбой на продолжение и я решила сделать мужу приятно. Языком, губами, зубами. Признаться, не очень люблю данный вид ласк – согласитесь не каждой приятно, когда в глотку втыкается и скользит нечто большое и длинное, отчего невозможно дышать и даже проступают слёзы.

В общем, в этот раз старалась как никогда. Рома постанывал от удовольствия. Его руки умело гладили моё тело, то уделяя внимание груди, то плечам, ногам, бедрам, сосредоточению желания.

Не знаю, почему было дискомфортно от его прикосновений.

Как бы невзначай пыталась сменить позу, продолжая игры: то скользила языком, то посасывала, страшась сбить возбуждение мужа. На миг застыла, ведь чьи-то более наглые ладони, а это явно не были руки мужа, принялись изучать меня со спины.

– Родная, ты что? – тяжело дыша, недоуменно уставился супруг затуманенным взором.

– Дыхание сбилось, – скрывая растерянность, вновь принялась ласкать супруга, только теперь напористей. Ромка застонал сильнее:

– Да, малышка, да…

Он вновь упал на подушки и закрыл глаза, а я уже не могла игнорировать другого. Незримого для нас, но так явственно ощутимого мной.