Девочка Ада

Этот парень по-любому звездолёт на сцене потом, по окончанию универа, куда поступил по требованию родителей на «ту специальность, которая может прокормить!» Так он цитировал родоков. А раз они башляли, ему ничего не оставалось, как разрываться. Он хоть и был богемным, но весьма разумным. Родителей любил, конфликтов не желал, прекрасно осознавал зависимость от них.

Поэтому универ – как родные требовали!

И вторая жизнь – как требовала душа.

И, ясное дело, поклонницы его редких выступлений Регине были как кость в глотке.

– Господи, – закатила глаза она, с негодованием покачав головой. – Башка дырявая. Расслабься! Я об Олеге говорю. Он охранником в звукозаписывающей студии подрабатывает.

Виталька тотчас нахмурился:

– Когда это ты с ним успела сдружиться?

– Пока ты песни записываешь, мы болтаем, – повела плечом Регина.

– Я думала ты из-за меня туда ходишь, – упрекнул Витёк.

– Конечно, – сладко пропела Регина и, ухватив кусок пиццы, быстро ему в рот запихнула, любовно по щеке постучав: – Твой голос, конечно, чарует, но иногда хочется не слушать пение моей «любимой русалки», а просто  пообщаться.

Так что я расширяю круг знакомых. Я же не изменяю – просто общение. И нам польза, – заулыбалась, чмокнув парня в губы.

Гринвич крутой клуб. Туда попасть не так просто.

Я бы и без «Олегов» нам ксивы достала, но умолчала, что знала кому принадлежит клуб.

Адакову!

И о том, сколько клубов у меня, я вообще об этом не любила распространяться. Знакомые знали, что вращаюсь в кругах богатеев, знали, что папа у меня бизнесом большим заправлял, но чем конкретно не говорила, да и некогда было.

Всё же мы с ними несколько месяцев как познакомились, когда я только поступила и ради «нового» приходила на первые лекции. Это потом, забила и только изредка была на связи.

А друзья не были из элиты или тусовки мажоров, поэтому и не пересекались раньше. А ещё не любители сплетен и новостей, соцсети конечно уважали, но самые скандальные вечеринки не посещали.

Для меня общение с ними, как глоток свежего воздуха.

И я молилась, чтобы так и оставалось подольше, потому что как показывала практика, если окружение узнавало, кто я и чья дочь, отношения сразу переходили в разряд корысти и «обязана».

Не то чтобы мне было жаль ксив, просто хотелось чистых, отношений, не обременённых алчным интересом.

Дружба. Настоящая! Когда общаются не из-за денег и возможностей, а потому что со мной приятно быть в компании.