Лютый: чужая Моя

И да, Лиди мне позови, – наливаю стакан воды, горячительного, увы, больше нельзя. Я за рулём. И осушаю стакан, словно уже забываю об её существовании.

И правда забываю, ровно пока через пару часов не покидаю клуб.

Тачка стоит немного дальше от входа, и пока иду – замечаю в переулке через дорогу какую-то мешанину из тел. Сопение, всхлипы, умоляющий девичий голосок, пререкаемый мужскими…

Не то чтобы в рыцаря любил играть, но проходить мимо беспредела – точно не моё. Да и не солидно как-то, в грязном проулке бабу тискать, и явно без её желания.

Мне несложно – помогу, тем более раскидать ушлёпков дело плевое.

Что и делаю парой точных ударов.

Сначала одного рывком за загривок отрываю от бабы, которую они зажимают между собой, хер его знает, что собираясь в такой позе делать – попугать если только! Махом к себе лицом прокручиваю, и мой кулак таранит его опешившую морду. Второй мудак даже не успевает среагировать толком на моё появление и потерю напарника, а я уже стою напротив него. Пьяного, туго соображающего, что происходит.

Нас разделяет только девчонка… растоптанная, зарёванная, лицо в крови…

Мне хватает доли секунды, чтобы в зарёванном и запачканном кровью лице углядеть кто она.

Вера!

Ушлёпок её продолжает судорожно удерживать поперёк тела рукой, удерживая между нами как щит.

– Ты чё?.. – давится негодованием мужик.

Мой кулак опережает его язык и собственную мысль, что можно было всего лишь пугнуть… Тварь бы с криками сбежала, сшибая углы и забыв о приятеле, который продолжает хрипеть на асфальте и харкаться кровью.

Но нет… Это слишком невинный исход для таких мразей. Поэтому бью без жалости и сострадания, ломая кости и хрящи на харе опешившего мужика. Его словно тараном отшвыривает от Веры, а я с наслаждением наступаю на тварь, добавляя несколько ударов. Тёплая кровь приятно ласкает кулаки. Задним фоном повизгивает девчонка, умоляя остановиться, и только её увещевания даруют тваринам жизнь!

Не уверен, что жизнь здоровыми и невредимыми, но, однозначно, когда я  из проулка уволакивал под руку рыдающую Веру, оба мудака ещё дышали/хрипели.

– Тебе в больницу нужно, – без деликатности придержав за подбородок, принудительно осматриваю Веру на повреждения. Светлые растрёпанные волосы смахиваю с лица, кручу её голову налево-направо, вверх, вниз…

Её несильно, но отделали – глаз немного заплывает, из носа кровь до сих струится, губа тоже разбита.

– Нет-нет, мне нельзя, – рьяно мотает головой малышка.