Современная Галатея

Неужели нет места для небольшой мастерской?

Эрни уже ушёл из кухни, перевести слова Асунсьон было некому, и Катя не поняла, что сказала Асунсьон. Она развела руки в стороны, показывая, что ничего не поняла.

Асунсьон поставила тарелки на свою полку, сняла фартук и вышла из кухни. Вскоре она вбежала обратно, взяла Катю за руку, увлекая за собой в коридор.

– Ке эс эсто?[15 - Что это?] ? спросила Асунсьон, когда они подошли к закрытой двери, расположенной между входной дверью и комнатой Аиды Петровны.

Асунсьон часто задавала этот вопрос, показывая на разные предметы, поэтому Катя поняла этот вопрос.

– У нас здесь чулан, ? ответила Катя и открыла закрытую дверь. Внутри было темно, но Катя подняла руку, нащупала на стене выключатель и включила свет. Чулан изнутри оказался крошечной комнатой, вдоль двух стен которой были прибиты широкие полки, на которых стояли ящики и коробки всевозможных размеров и форм. На стене напротив двери также были прибиты полки, также плотно заставленные какими-то невероятными вещами, красивыми, уродливыми, пыльными, поломанными, треснувшими, покорёженными, которые никак не должны были там находиться: вазы, тарелки, чайники, самовар, кастрюли, утюги.

На вешалках висели старые пальто, куртки, кофты, овчинный тулуп. Сбоку стоял початый мешок картошки, рядом ящик с песком.

Асунсьон подошла к полкам напротив двери. Она разглядела, что стена, на которой они висели, была задёрнута тёмной грубой тканью. Она оттянула правый уголок. В открывшуюся узкую щёлочку блеснул слабый свет.

Асунсьон начала освобождать эти полки от сваленных на них книг и журналов и выносить их в коридор. Увидев с каким энтузиазмом Асунсьон взялась за высвобождение этих полок, Катя позвала на помощь Николая Алексеевича, чтобы он снял полки с этой стены, что он вскоре сделал, вооружившись найденным тут же слесарным инструментом. Когда стена была полностью освобождена, Асунсьон показала, что надо сорвать со стены ткань. Николай Алексеевич нехотя начал тянуть за тот угол, за который до этого тянула Асунсьон. Кое-где ему пришлось поработать гвоздодёром. И вот, ткань сорвана. За ней удивлённым обитателям коммуналки открылось запылённое, но большое окно с витражом в верхней части. В каморке стало светло и радостно.

Асунсьон произнесла, а Эрни тут же перевёл:

– Пусть здесь будет мастерская художника!

Катя растерялась:

– Надо будет спросить согласие Аиды Петровны.

– А зачем спрашивать? Я согласна! ? из коридора отозвалась Аида Петровна.