Истории Эписа. Некромант

Облегчить боль мне помогут воспоминания. Это делает и говорит сейчас не он, а то воспитание, которое закладывалось в головы чистокровных с младенчества. Нет, он никогда бы не ударил женщину. Но в его глазах, в их родовой памяти, я не была человеком. А сейчас лучшее, что я могу сделать, – вытерпеть.

– Ты сошел с ума! – закричала Эли.

А удара так и не последовало. Я открыла глаза.

Глава 3

Эрик Крейн сжимал руку Бена. Удар, направленный на меня, светился энергией. Ужас пробрался внутрь и противно зашевелился в кишках.

Ра задействовал Книгу, чтобы уничтожить меня единственным ударом. Мой друг был готов на убийство просто потому, что теперь я некромант. Что же меня ждет от тех, кого я считала врагами?

Крейн отразил усиленный удар даже не доставая из кармана Книгу. Я видела, что при этом ни единый поток жизни не был выпущен. От удивления даже забыла, как страшно было секунду назад. Старший наследник древнего рода. Единственный оставшийся в живых чистокровный Осирис в семье Крейнов.

Его дед погиб десять лет назад, когда вместе с Эриком отправился в один из походов Бесконечной войны. Братьев никогда не было, он так и оставался единственным ребенком в семье. Дядя был убит еще когда Эрик был маленьким, а остальные родились девочками и по старинной традиции Осирис не развивали свои Дары. О смерти же отца Крейна я узнала полгода назад. И, если честно, вздохнула с облегчением.

– Не делай того, о чем после пожалеешь, – прошипел Эрик, отодвигая руку Смотрящего, – ее еще нужно опросить.

Бен потер кулак, продолжая смотреть на меня со злостью.

– И я с удовольствием сделаю это, Крейн, – сквозь зубы сказал Ра.

– Не ты. Это мое дело, Бен, – Осирис был спокоен, словно только что не остановил скалу, движущуюся на меня.

Бен рассмеялся, качая головой.

– Нет, Эрик. Ты не имеешь права ее допрашивать. Ты – заинтересованное лицо. Так что, Вел, собирай вещи, и я жду тебя в Башне Смотрящих, – голос Бена не предвещал ничего хорошего.

Нет, ну если ты так напрашиваешься, дружище, то давай. Поток грозился вырваться из пальцев, задействовав резерв завтрашнего дня. Ничего, я отработаю долг. Ты так прекрасно злишься – вот и посмотрим, каковы твои эмоции на вкус. Скорее всего, у меня будет несварение, но ничего, потерплю.

– Имеет право, – спина Эли натянулась словно струна.

Мы все уставились на нее, не понимая, о чем она говорит.