Истории Эписа. Некромант

Все время в подземельях гнала от себя мысли о том, что на другой стороне оставила не только сына. Я сосредоточилась на Максе и старалась не думать больше ни о ком. Долгое время Крейн был моим хорошим другом. Мы сами все испортили.

– Тогда кому, как не тебе, понять меня, Эрик? Ты бы не сделал для него того же? Ты, – ткнула пальцем в мужа, – отказавшийся от всего ради него, от семьи, от денег и наследства, – прошипела я, – еще тогда, когда Макс даже не родился.

– Он – моя семья, – Эрик поднялся, – вы оба были семьей.

И плевал я на его энергетический резерв, на твое происхождение и на то, что так неправильно. Я готов был отдать жизнь за вас обоих, Вел. А теперь что? Если раньше моему сыну грозила опасность из-за того, что он – Рабос, то теперь его пропавшая на пять лет мать стала некромантом, – голос мужчины перешел на рык, а я втянула голову в плечи – ты понимаешь, что именно сделала? Теперь для Макса угроза как твои друзья-некроманты, так и все твои враги!

– Не вали все на меня, Эрик! У тебя-то, детектива Башни Смотрящих, наследника, отрекшегося от рода, обладателя самых высоких запасов энергии с неконтролируемыми выбросами, врагов, конечно, нет, – практически выплюнула я.

– Зато моя собственная мать не может меня сожрать, Вел.

Лучше бы ты влепил мне пощёчину, Крейн. Да, некромант должен питаться. Теперь я не просто источник угроз для сына. Я сама представляю опасность для него. Но не настолько.

– Я не могу поверить в то, что ты делала это для защиты сына, Вел.

Брови поползли на лоб.

То есть настолько отвратительной матерью меня считает человек, с которым мы вместе прошли самые главные ужасы жизни? Осирис, знавший меня с детства, видевший в походах и заставший безумие. Оскорбить сильнее Крейн просто уже не мог.

– Зря.

Эрик схватил меня за руку и потянул на себя, поднимая на ноги. Я зашипела, а мужчина схватил за плечи и, сжимая их до боли, тряхнул.

– Сейчас, глядя мне в глаза, скажи, что ты не пыталась поднять. И я поверю тебе, Вел. Каждому сказанному тобой слову.

Я сделаю все, чтобы помочь тебе выбраться из этого дерьма. Ну?

Надежда, которую я никогда не смогу оправдать. Горечь моей лжи, готовой вырваться наружу. Но я не поступлю так. Больше никогда.

Рука с висящими на ней грязными кусками гниющей плоти, тянущаяся ко мне. Запах, от которого желудок стоит в горле. Белые обглоданные кости. И жуткий вой в моих ушах. «В-в-ва-а-а-а-а-а-а…». Воспоминания, которые навсегда поселились в моем мозгу.