Истории Эписа. Некромант

 – Сестры с минуты на минуту будут здесь.

Лампочка в коридоре противно мигала, из-за чего казалось, будто сами черти пляшут по стене, отмечая день, когда еще одна невинная душа, только появившись на свет, уже принадлежала им. У ребенка впереди целая жизнь, но после смерти он встанет в очередь к Вратам. Я поднял взгляд на доктора Жерарда.

– Она… – сглотнул, не в состоянии договорить мысль до конца. Боялся спросить. Страх услышать ответ сковывал горло. Перед глазами замелькали черные пятна.

– Жива, – принимающий жизнь хотел опустить взгляд в пол, но пересилил себя и, сжав губы, посмотрел прямо в бесцветные глаза, – но я ничего не могу обещать.

Она слаба, Эрик.

Расследование

Глава 1

Спина разнылась, и я недовольно заерзала, прислонившись к стене. Привыкнув за пять лет спать на жестких кроватях, соблюдая режим ночного бодрствования, сейчас ощущала себя очень странно. Новый день вроде бы уже начался, а старый как бы и не заканчивался. Организм всеми силами противился такому ходу вещей, но изменить ничего сейчас было нельзя.

Я перекатила голову с одного плеча на другое. Позвонки противно хрустнули, напоминая, что некромантам нужно питаться не только жизнью. Живот заурчал, подтверждая, что голод точно не тетка.

А вообще в подвалах Башни Смотрящих на первом уровне было очень даже классно. Приятная прохлада окутывала кожу. Впервые после возвращения в Эпис чувствовала себя как в родном подземелье. Холодно, сыро, трупы вокруг.

Конечно, очень подходящее место для морга. Но, боюсь, что старательно не смотрящая на меня Осирис Жанна Прик не разделяла моего восторга.

Прижимая к носу, похожему больше на картошку, кружевной платочек, явно изготовленный где-то на самом юге Эписа самыми умелыми мастерицами статуса не ниже самой Осирис, Прик боролась с материнским инстинктом и брезгливостью, вшитыми ей под кожу. Едва касаясь пальцами-сардельками, усыпанными кольцами с блестящими камнями, лица Лилиан, Прик сдерживала слезы.

Взлохмаченные белые волосы, собранные в неаккуратную косу, сползали по объемной спине и терялись там, где у обычных женщин была талия. Как можно испытывать к человеку и жалость и отвращение одновременно, я не знала. Но вот сейчас передо мной был яркий пример, что и на такие эмоции я способна.

Жанна прилетела сюда посреди ночи, требуя, чтобы ей отдали дочь. А так как семья Осирис была из Правящих, отказать ей не могли.