Истории Эписа. Призванный

Этой штуки явно должен коснуться кто-то из вас, – Марил ловко подхватила железку, – поэтому, пожалуй, родовое кольцо Крейнов пока поживет у меня.

Бакстер внимательно осмотрел предметы, лежащие на столе. Ловко сгребая их обратно в пакет, Осирис улыбался.

– Так, ну а это на ночь заберу я и попробую проанализировать. А вот вы двое, – Осирис ткнул пальцем в грудь друга, – едете спать, отдыхать и не доводить одни и так вареные мозги до безумия. У вас там, кажется, сына отобрать хотят? Подруга рожает? Вот и вперед, порешайте день проблемы семьи.

А Оливер явно попробует привлечь ваше внимание.

Крейн повернулся ко мне. Я задумчиво разглядывала его лицо. Морщинки, так беспокоящие меня, круги под глазами. Только хотела открыть рот, как Эрик заговорил первым.

– Ты едешь со мной, – кивнув в сторону ребят, Крейн продолжил, – они правы. Последнее, чего ждет от нас Оливер – это спокойствия и бездействия. Уже и так понятно, что мы – основные действующие лица в его плане. А значит, чем меньше сейчас телодвижений, тем больше ему придется выходить из тени.

Глава 4

Когда-то в Эписе

От затянувшейся прогулки мои ножки устали. Я спотыкался, грозясь упасть, но мама и папа словно и не замечали этого. Взрослые шли быстро, крепко держа меня за руки. Светлая голова папы блестела на солнышке, красиво переливаясь разными оттенками цветов. Я всегда хотел волосы, как у него. Осирис. Мама говорит, что таких детей любит Всевышний. Наверное, они больше едят эту противную кашу.

Но сколько бы я ни ел, волосики оставались такими же, как у мамы, практически черными. Хотя она говорит, что мы с ней самые красивые. Будто сама Исида плескалась в нашем взгляде. Так и говорила. Но все равно в папе мне нравилось все. Казалось, что он самый высокий человек в Мире. Большой и сильный с серебряными глазами. Он был похож на тех, кто окружал Всевышнего, когда тот еще ходил по земле.

Птичка. Большая и черная, она сидела прямо посередине тропинки, по которой мы шли. Она не была похожа на остальных.

Прямо как я. Мне очень нравились разные животные, но родители не разделяли восторга. Я всегда приносил всех в дом. Котята, щенки, ящерки, змеи, птенцы. Они же такие маленькие. Очень милые создания. От вида этой птички хотелось прыгать и хлопать в ладоши, но папа с мамой держали крепко. Жалко. Мы уже прошли ее, а я все оборачивался.

– Не крутись, – строгий голос мамы заставил меня повернуться, – мы почти пришли, Оли, потерпи чуть-чуть.