Истории Эписа. Уроборос

Если, конечно, она действительно вызвала некромантов. Потому что если нет… Лучше не думать об этом. Поглубже вздохнув, я сделала быстрый шаг. Ничего очень плохого. Просто как рукой резко проводишь над пламенем свечи. Вот оно облизало меня, разогревая внутренности. Но так как сейчас я была в сознании, граница позволила покинуть территорию.

Валери, что носится ночами по лесу, слава не знаю кому, не могла так же просто перейти ее. Это было понятно по волдырям и опухшему лицу иногда утром, после забытья.

Заспанный юнец потирал глаза.

Застонав, я быстро щелкнула свободный наручник на его запястье, протягивая прут. Цепь послушно звякнула, а некромант недоуменно уставился на меня.

Боится.

– Если я дернусь – просто рвани прут на себя посильнее и не забудь после голову подобрать.

Парнишка не отрываясь смотрел на мой рот. Ну да, без маски он видит меня как бы не в первый раз. Щелкнув пальцами у его лица, я рванула цепь на себя, а он упал. Зарычав, я постаралась успокоиться.

– Если ты будешь как сопля в проруби трястись от моего малейшего движения, то ни хрена не получится.

Так что встань уже твердо. Ну! – и я снова дернула цепь на себя.

Надо отдать должное, этот щуплый парнишка меня удивил. Его сила явно заключалась не в физиологии. Собравшись, он словно камень врос в землю, даже не шелохнувшись от резкого и сильного рывка. Его рука не сдвинулась и на миллиметр, заставляя цепь натянуться и стонать. Я уважительно подняла палец вверх.

– А теперь вот так и стой, – осторожно развернувшись, я наконец позволила себе посмотреть на гостью.

Ра небольшого роста, плотная, что назвали бы кровь с молоком, когда она была юной, с красивыми волнами густых черных волос, чуть тронутыми сединой, лет пятидесяти, в аккуратном голубом брючном костюме, держа в руках молочного цвета лодочки на тонкой шпильке, утопала в траве. Надо признаться, ни одним своим движением она не выдала, что испугалась. Словно все произошло четко, как она и представляла. Конечно, сейчас я была максимальной оборванкой на ее фоне.

В шортах и майке вместо пижамы, в крови и земле. Но словно именно такой Ра и ожидала увидеть меня.

Вопреки здравому смыслу я протянула ей Книгу.

Она точно знает, что воспользоваться словами около границы – самоубийство.

– Прости, Валери, – начала женщина, поправляя осыпавшуюся на едва заметно покрытое морщинами лицо тушь, – раньше они меня не трогали, вот и думала, что не доставлю сейчас тебе хлопот.