Телохранитель для убийцы

Возможно, кого-то это удивляло поначалу, но позже вошло в привычку. Экспрессивная и яркая девочка перестала привлекать их внимание.

А ей его ведь похоже отчаянно хотелось. Времени на жалость у меня нет, как и расположенности к этому чувству. Так устроен механизм выживания. В случае опасности крыса способна сожрать своего сородича. Естественный отбор, если угодно. О чем жалеть?

Ранним утром народу мало, поэтому я спокойно прохожу мимо застывшей у дверей палаты охраны. Рука на секунду напрягается, но я тут же давлю порыв, крепче сжимая ручку поломоечной машины.

В том, чтобы оставить их живыми за своей спиной, вдруг видится какая-то острота. Я не привыкла иметь за спиной вооруженного противника. Интересно, как быстро они забегут в палату?

От вида открывающейся перед моим носом двери и учтивой улыбки охранника хочется рассмеяться в голос. Ты же знаешь меня. Видел не один раз. Но просто светлая одежда, милые наушники «Hello Kitty» и другая манера поведения – и ты не узнаешь меня. Старый как мир прием срабатывает, а меня вновь не покидает ощущение, что Клод-старший просто сознательно устроил все так.

Чтобы любой из врагов Клода при желании мог его убить.

Почему-то это цепляет меня, но разбираться некогда. Потому что я уже стою, не отрываясь глядя на укрытое одеялом тело Клода.

Зрелище завораживает. Монстр, погруженный в глубокий сон, ничего не видит и не чувствует. Аппарат ИВЛ жужжит. Я знаю это, а не слышу. А моя старая подруга уже надежно обхватила Клода по рукам и ногам. Запах приближающейся смерти ласкает ноздри, а я улыбаюсь, точно зная, кто отправит монстра на тот свет.

Я нажимаю кнопку, и машина затихает. Вынув наушники, скидываю кепку на пол и прислушиваюсь. Что за тормоза? Даже как-то обидно. А где вышибить ногой дверь, устроить перестрелку около монстра? Надув губы, разглядываю плотно закрытую дверь. Ни шороха.

– Привет, Клод, – даже не пытаюсь говорить тише.

Нарываюсь. Кого я обманываю? Я очень хочу, чтобы кто-то зашел сюда. Невыплеснутый адреналин бегает по телу, заставляя кожу пылать.

Мне нужен противник. Я сажусь на больничную койку рядом с Клодом.

– Ты знаешь, как жалко выглядишь сейчас? – усмешка рвется наружу, а рука сама тянется к его щеке.

Как-то неправильно, что он такой теплый. Пальцы скользят по гладкой коже, тут же переключаясь на пластиковые трубки. Ведь это так просто. Вот он, прозрачный проводник твоей жизни. Одно движение – ты труп. Я глажу холодный пластик, гипнотизируя его взглядом.