Ведьма из прошлого

– Время, Марк, опасный противник, – протянула она, нажимая сильнее, а я поморщился, – оно слишком могущественно для того, чтобы оставить мне шанс вспомнить такие мелочи.

Кожа горела под подушечкой ее пальца, словно около груди держали раскаленный утюг.

– Я убил тебя?

– В некотором смысле, – засмеялась Анна, – ты задаешь неверные вопросы, Марк. Попытайся еще раз.

Сглотнув остатки слюны, я дрогнул от болезненного ощущения. Влага словно испарялась из меня с каждой секундой пребывания здесь.

Разум бился в панике. Оставалось единственное желание – как можно скорее оказаться подальше отсюда. Больше никогда не видеть Анну и не иметь со всем этим ничего общего.

– Кто тебя убил?

– Инквизиция, – зашипела Анна, толкнув меня ладонью, а я закричал от ощущения горящей кожи, – глупый вопрос! Плохо стараешься, Марк, очень плохо стараешься! – кричала Анна, а я пытался сморгнуть туман от выступивших от боли слез.

– Почему я?! – взревел я, собрав в кулак всю злость, что скопилась за эти минуты на Анну.

Гнев Анны сошел на нет. Это было видно по расслабившемуся лицу и хитрой улыбке, что коснулась ее губ. Обняв меня за шею, отчего я был готов упасть на землю, Анна приподнялась на цыпочках, в прямом смысле обжигая мое ухо своим дыханием.

– Ты знаешь других, – прошептала она, касаясь моей щеки ладонью, – почти всех. Найди, Марк. Найди их всех, Марк…

В ушах шумело. Закусив изнутри щеку я давился металлическим вкусом на языке вперемешку с кровью, зажмурившись, я пытался снова обрести дыхание, но жар не давал сделать и вдоха.

Я закашлялся, пытаясь отпрянуть от пламени, что полыхало около моего тела.

– Марк! – визг достиг моего сознания сквозь пелену боли. – Марк, черт, давай же!

Кто-то кричал, пока я пытался выпутаться из обжигающих объятий ведьмы. Земля закружилась, а кроны деревьев почему-то оказались внизу, корнями уходя далеко в небо. И лишь когда ливень обрушился на мою голову, я смог глубоко вдохнуть.

Ледяная воды стекала по моему лицу, барабаня по дну ванны.

Закашлявшись, я резко поднялся, скидывая с плеч чьи-то маленькие холодные ладони.

– Да успокойся ты, – через водную пелену перед глазами я разглядел очертания напряженного лица Анны, – нужно охладить ожоги.

Какие ожоги? Прикоснувшись к лицу, я поморщился.

– Мы уснули, – словно это что-то объясняет, сказала Анна, перехватывая душ в другую руку, – а когда я очнулась, от твоего лица шел дым.