Магнолии были свежи

Однако в разыгравшееся воображение и призраков прошлого, способных принимать любые формы, Мадаленна вполне верила. Может быть, иногда ее мучила неприятная мысль, она и связала так себя с мистером Смитоном, потому что он напоминал ей дедушку. Но мысль появлялась, и она заставляла ее исчезать; даже если это было и так, все равно она ничего не требовала от садовника, и мотивы ее были бескорыстны. Да и потом сам мистер Смитон был так одинок, что ее общество доставляло ему удовольствие, и в этом Мадаленна не сомневалась.

Дорога шла через поле, и здесь Мадаленна ходила не так часто – в город было быстрее добираться прямо, в горку, но когда у нее было время, она обязательно шла здесь, и вид, который ей открывался был великолепен. Горы темнели где-то вдалеке, золотое поле сгибалось под порывами ветра, а при солнечной погоде облака становились светло-бежевыми и сквозь них просвечивало лазурное небо; такого же цвета у Аньезы были глаза. Мадаленна зажмурилась от удовольствия, когда к ней на лицо сел солнечный заяц; с груди тяжелым валуном свалилась тревога, и она глубоко вдохнула – сегодня будет замечательный день.

Она медленно шла по направлению к городу, когда вдруг внезапно услышала отдаленные не то крики, не то ругательства. С войны у них не было воров и лесных жителей, и Мадаленна замерла; звуки исходили оттуда, где заканчивался лес, и тропа выходила к полю. Ей вовсе не хотелось идти туда одной, но внезапно проснувшаяся совесть не дала ей шанса, и она медленно направилась к тропинке. В конце концов это могли быть заблудившиеся туристы, или маленький ребенок, а если она увидит что-то подозрительное, то обязательно убежит, все равно до города была всего несколько миль.

Синяя машина стояла к ней капотом, и Мадаленна заметила, что колеса напрочь увязли в сырой земле – в их лесах после дождей все оставалось отсыревшим – от земли до пней – и мало кто решался после ливня поехать на машине, пока все не высохнет окончательно. Мадаленна зашла за дерево и наблюдала за тем, как мужчина безуспешно старался сдвинуть машину с места, но когда его рука сорвалась с колеса, он вдруг упал на траву, и она невольно отпрянула – это был мистер Гилберт.

Первое удивление прошло, и Мадаленна рассудительно сказала себе, что в этой встрече ничего удивительного нет, ведь к городу вела всего одна дорога, и сейчас она была закрыта. Конечно, можно было просто сбежать, ведь она вела себя очень тихо, и ее никто не заметил, и Мадаленна повернулась обратно, к полю.